Тычком в сердце отдается понимание, что он понятия не имеет, как с ней общаться, от этого его словарный запас скукожился, а искренняя вовлеченность служит для моей дочери сигналом присесть на его уши еще активнее.
— Ну он же танцор! — поясняет она с хихиканьем.
— Иди, одевайся… — подталкиваю ее к шкафу, чтобы прервать этот поток бессмыслицы.
Глава 20
Сорвавшись с места, несусь в смежную комнату, в которой находится стоматологический кабинет. Я не хочу проверять что будет, если нашего «посетителя» увидит мой отец.
Не думаю, что он узнает лицо моей первой любви, но ведь они общались и были в нормальных отношениях. Для моего отца Зотов всегда был «хорошим парнем», дисциплинированным и ответственным, а для Виктора Баума такой набор — номинация на золотую медаль, тем не менее мои планы отправиться на Новый год в Канаду отец перечеркнул. Для него, как для человека, который сам не был за границей ни разу, — это было слишком. Я злилась, но знала, что поеду, даже если придется сбежать. Я верила, что праздник отмечу с любимым парнем, по которому тосковала, и моя виза к декабрю была готова.
Знаю, что в кабинете папа один, но все равно делаю короткий предупреждающий стук в дверь, прежде чем ее приоткрыть. Оставшись стоять в дверном проеме, возбужденно спрашиваю:
— Ты еще долго?
Склонившись над столом, отец загружает использованные инструменты в автоклав и, не оборачиваясь, отвечает:
— Нужно здесь все убрать и подготовить на завтра. Там кто-то пришел?
— Никто, — отвечаю быстро. — Мы поедем домой. Маруся голодная…
— Вызвать вам такси?
За спиной слышу голос Зотова и тараторю, прежде чем резко закрыть дверь:
— Не надо! Мы… сами…
Возвращаясь назад, слышу обрывки фраз, которыми Маруся продолжает забрасывать Марка, пока, сидя на табуретке, бездумно вколачивает ногу в зимний ботинок.
Ее внимание отдано Зотову так же, как его — моей дочери. Засунув руки в карманы парки, он смотрит на нее сверху вниз, возвышаясь во весь свой рост.
Его улыбка и глуповатое выражение лица…
Эта картина в состоянии раскачать опору у меня под ногами.
Я злюсь на него, раздражаюсь, в то время как моя дочь говорит без умолку:
— Я хожу на фигурное катание… у меня хорошая… эта… как ее, мам?
— Координация, — открыв шкаф, достаю оттуда наши куртки, поймав взгляд Марка в зеркале на дверце.
— А вы катаетесь на коньках?
Безжалостно жую губы, почти желая, чтобы он поразил ее своей профессией.
Переведя взгляд с меня на Марусю, Зотов отвечает:
— Да. У меня тоже хорошая координация.
