Долгожданный любовник

Не его друзья. А смерть в виде четырех мужчин в черных одеждах, которые вышли из четырех дверей тачки и окружили его.

Хранители Чести, отправленные отцом избить Куина за то, что он опорочил имя семьи.

Какая ирония. Кто бы сомневался, что ударить ножом социопата, пытавшегося изнасиловать твоего приятеля, нельзя. Но только не в том случае, когда нападавший - твой идеальный двоюродный брат.

Куин не спеша принял боевую стойку и приготовился дать отпор. Глаз нападавших, в которые он хотел бы посмотреть, и лиц, чтобы запомнить, не было видно — и этому была причина.

Они кружились, кружились вокруг, приближаясь… в конечном счете, собираясь завалить, но парень не намеревался сдаваться без боя.

Но все же Куин оказался прав. По прошествии, казалось, часов обороны, он очутился на спине, и началось настоящее избиение. Лежа на асфальте он, как только мог, прикрывал голову и яйца.

Немного спустя, он перестал ощущать боль.

Он умрет здесь, на обочине дороги…

— Стоп! Мы не должны его убивать! — прорезал воздух голос брата Куина, сокрушая его так, как уже не мог сделать ни один удар…

Куин с криком проснулся, прикрывая руками лицо и согнутыми в коленях ногами пах…

На него не обрушивались кулаки или дубинки.

И он не был на обочине дороги.

Силой мысли Куин зажег тусклый свет и оглядел спальню, которую занимал с тех пор, как его выкинули из родового особняка. Место ни в малейшей степени не устраивало его, шелковые обои и антиквариат — то, что выбрала бы его мать, и все же, в данный момент, вид всего этого старого кем-то выбранного барахла, которое кто-то купил, повесил и сохранял, успокоил Куина.

Даже сейчас, когда ночной кошмар еще полностью не исчез.

Боже, голос его брата той ночью…

Брат Куина был среди Хранителей Чести, которых отправили за ним. К тому же, это послужило доходчивым сообщением для глимеры, насколько семья серьезно отнеслась к случившемуся, и, похоже, парня обучали. Брат Куина был знаком с боевыми искусствами, хотя, естественно, ему не позволялось применять знания на практике. Черт возьми, ему едва ли разрешали бороться в спаррингах.

Он был слишком ценен для родословной.