Дом Солнц

— Рука и впрямь настоящая, — объявил Геспер, прервав молчание. — Человеческие мышцы, человеческая кожа. — Большим пальцем правой руки Геспер медленно царапнул органическое запястье. Потекла кровь. — Рука кровоточит, потом заживает. Вот за чем меня застал доктор Менинкс: я проверял, насколько зажила царапина, которую я поставил себе накануне.

К Лихнису дар речи вернулся раньше, чем ко мне.

— Тебя послушать, так ты не понимаешь, в чем дело, — пробурчал он.

— Разве я не упомянул, что это открытие потрясло меня до глубины души?

— Как же ты не знал, что рука стала такой?

— О том, что мало о себе знаю, я тоже говорил.

Чудо, что имя свое помню. Неужели вы думаете, что я бы скрыл от вас подобное?

— Но ведь ты впрямь скрыл, — заметил Лихнис.

— Только потому, что хотел сперва разобраться, в чем дело. С тех пор как снова начал двигаться, я тревожился из-за разной толщины рук. Пытался заглянуть под оболочку, но для моих сенсоров она непроницаема. В итоге я отважился снять часть обшивки, чтобы увидеть проблему собственными глазами.

Поначалу я опешил… — Впервые на моей памяти Геспер осекся. — Без обид, но перемена мне отвратительна. Вообще-то, органическое мне не претит, только в моем организме ему не место. Вам вот наверняка будет отвратительно проснуться, почесаться и вместо кожи обнаружить блестящий металл. Я убедил себя, что существует рациональное объяснение, которое удовлетворит и вас. — Робот медленно опустил руку. — Но объяснения нет. Не представляю, почему стал таким.

— А если дело в поломке? — предположила я. — Если твоя конечность пришла в негодность, а заменить ее ты смог лишь рукой с человеческого трупа? Ты прирастил ее, а потом забыл об этом?

— Мы никогда так не делаем — просто незачем. Потеряй я руку, смог бы быстро восстановить ее при наличии нужных материалов: металла, пластика, механогеля. При их нехватке я выделил бы необходимое количество из собственного тела практически без ущерба для себя. Повторюсь: мне незачем возиться с трупами.

— Значит, это сделал Атешга, — выдвинул свою гипотезу Лихнис. — Он сломал тебя, потом приладил органическую конечность, потому что не знал, что у тебя есть функция авторемонта.

— Хотел бы я в это верить, но, увы, не могу. Рука — неотделимая часть моего тела. Я рассмотрел ее получше, сняв обшивку. Под кожей и мышцами тот же механический скелет, что в правой руке. — Геспер снова согнул и разогнул пальцы. — Сил у меня меньше не стало.