Дом у железной дороги (СИ)

Я помню, первое, что привлекло мое внимание, это его глаза. Темно-карие, почти черные – в них можно углядеть бездну. В них было что-то зловещее. Я не рисую образ злодея, вовсе нет. Он не злодей – не был им. Он всего лишь Цербер, который хорошо выполняет свою работу. Думаю, я догадывался, что подобная ситуация может случиться. Глядя на него, можно было понять, что он на это способен. Думаю, я сам себе вырыл яму – грешно теперь жаловаться.

Он не старался от меня ничего скрыть. Или просто не понимал, насколько хорошо все видно невооруженным глазом.

Взять в качестве телохранителя не профессионала – раньше эта идея казалась мне абсурдной. Но чем хуже военный, чьи руки уже по локоть в крови, того качка из агентства, который разве что по зубам гопнику может дать? Я не могу понять, что чувствую к нему: нечто между отвращением ко всей его сущности и искренним восхищением к тому, кем он является.

Ясно одно – он без ума от меня. И поначалу меня это даже забавляло. Рослый широкоплечий мужчина с волевым подбородком, который смотрит на меня с таким щенячьим трепетом, словно я – величайшее сокровище в его жизни.

Такое просто не может не льстить и не веселить. Я был уверен – это нечто среднее между уважением и поклонением.

Я даже немного удивился, когда узнал, что он мой ровесник. Выглядел лет на пять старше, особенно когда становился серьезным. Необразованный, но совсем не тупой. Тупой мне бы в жизни не приглянулся. А вот одеваться не умеет – это факт. Хотя где вы в нашей необъятной видели хотя бы одного служивого, у которого был вкус в одежде.

Не носил эти ужасные спортивные костюмы, которые я видел на жителях неблагополучных районов в то время, когда еще учился в университете, уже хорошо. Я, конечно же, все быстро исправил. В конце концов, даже человек с такими заурядными чертами лица, как у него, преобразится, если купить ему нормальную одежду. К слову, он ведь и впрямь всегда казался мне заурядным: этих черноглазых темных шатенов по всей стране пруд пруди. Но было в нем ведь что-то, раз я его заметил.

Нет, серьезно, поначалу он ведь был идеальным партнером во всем. Скажешь – сделает. Даже если не скажешь – словно прочтет мысли и сделает.

Наверное, давно надо было насторожиться. Наверное, я уже тогда догадывался, но ничего делать с этим не хотел – да и зачем? Сказал ему, чтоб за кофе мне сбегал, не уточнил каким. Он ведь действительно сбегал. Я планировал заставить его побегать – не вышло: он с первого раза принес тот, который я хотел, даже добавки нужные.