Когда мой брат окажется на свободе, он тебя отблагодарит. Он не последний человек и...
— Ш-ш... — прервал он ее речь. — Не надо о деле. Не сегодня.
Эрилин выдавила из себя вымученную улыбку. Что ж, пожалуй, она может пойти ему навстречу, и не нарушать атмосферу романтического ужина разговорами о серьезных вещах.
Он налил ей вина. Красного. Эрилин не любила красное вино, и, кажется, уже говорила об этом на прошлом ужине. Он, что, ее не слушал? Или просто забыл?
Эрилин не стала включать «избалованную принцессу» и пригубила вино.
Терпкое, слишком сладкое, как раз такое, какое она ненавидела больше всего.
— Не могу отвести от тебя глаз, — продолжал Андрес на той же ноте, на которой прервался, чтобы налить вина.
— Мне кажется, ты перебарщиваешь, — Эрилин решила это прекратить, пока все не зашло слишком далеко.
— Ничуть, — возразил наместник. — Мне не часто удается разделить ужин с такой красавицей.
Эрилин покраснела.
— Ты меня смущаешь.
— Но ни капельки не вру. В этом платье ты похожа на принцессу.
Принцесса Эрилин Квинтано Иканорская выпрямила спину. Все это уже стало ей порядком надоедать.
— Вы знакомы со многими принцессами? — она резко перешла на официальный тон, в глубине души поднималась волна раздражения. Еще пара фраз в том же духе, и она просто встанет и уйдет, и плевать на приличия.
— А вы? — он поддержал ее официальный тон, думая, что это какая-то новая игра.
— С парой десятков, не более, — честно ответила Эрилин, ее голос был холоден.
Андрес хохотнул.
— Какие же вы все милые дурочки! — воскликнул он.
— Что? — Эрилин удивленно распахнула глаза. — Что ты сказал?
— О, да брось, — учтивость мгновенно слетела с лица наместника, словно маска, он поменял позу, откинувшись на спинку стула, и закинул ногу на ногу. — Все вы, простолюдинки, одинаковы, стоит подарить вам шикарное платье, так тут же воображаете себя настоящими принцессами, меняется осанка, интонация, даже взгляд, — он вдруг приблизился, наклонившись над столом. — Только вам, простушкам, невдомек, что быть принцессой — это еще не значит просто носить красивые платья.
Теперь его улыбка напоминала оскал. Что там говорил Гэбриэл о бесплатном сыре?
Эрилин вскочила со стула, бросив салфетку с колен на нетронутые блюда на столе, и быстрым шагом отправилась к двери.
— Ты идиот! — она резко дернула дверь на себя, но та не поддалась. Господи, она действительно, как полная простушка, разглядывала комнату и не заметила, как она запер ее.
