Дорогой Джон

Наутро, кое-как сдернув себя с кровати, я потащился в кухню и снял с крючка отцовские ключи от машины. Бросив сумку на заднее сиденье, я прибавил туда несколько вещиц, которые хотел сохранить (фотографию и еще пару мелочей), и позвонил поверенному, напомнив ему об обещании найти людей для вывоза остального и заняться продажей дома. Ключи от входной двери я бросил в почтовый ящик.

В гараже я завел машину — мотор заработал лишь с третьей попытки, задом выехал на подъездную дорожку и вышел запереть двери гаража.

Потом я немного постоял во дворе, глядя на дом и думая об отце. Я знал, что больше сюда не приеду.

Зайдя в лечебницу, я забрал папины вещи и уехал из Уилмингтона в направлении западной границы штата. Двигался я как на автопилоте. Прошло несколько лет с тех пор, как я здесь проезжал, и уже смутно помнил дорогу, но узнавание накатывало волнами. Я проезжал города моей юности. В Чапел-Хилле мучительные воспоминания нахлынули с такой силой, что я не убирал ногу с педали газа, стараясь побыстрее оставить позади эту страницу моей жизни.

Я ехал через Берлинтон, Гринсборо и Уинстон-Сейлем, остановившись раз, чтобы заправиться и купить воды. Я мчался вперед, прихлебывая воду из бутылки, не в силах заставить себя проглотить что-нибудь съестное. Наша с отцом фотография лежала на сиденье рядом, и я все пытался вспомнить себя мальчуганом со снимка. Потом я свернул к северу и поехал по узкому извилистому шоссе, петлявшему среди гор с голубыми вершинами, тянувшихся с севера на юг, — нежная выпуклость на каменно жесткой земле.

Уже вечерело, когда я остановил машину у какого-то обшарпанного придорожного мотеля. Несколько минут я, постанывая, потягивался, разминая затекшие руки, ноги, спину и шею, а потом зашел внутрь и снял номер. Поднявшись в комнату, я принял душ и побрился. Надев чистые джинсы и футболку, я подумал, что нужно поесть, но по-прежнему не ощущал голода. Солнце клонилось к закату, и совсем не ощущалось привычной влажной духоты океанского побережья.

Воздух был напоен ароматом хвойных деревьев, зеленым ковром покрывавших горные склоны. Здесь родилась Саванна, и отчего-то я не сомневался, что она по-прежнему в Ленуаре.

Можно было пойти в дом ее родителей и узнать, где она, но я решил этого не делать, не зная, как они меня встретят. Вместо этого я петлял по улицам, торопясь проехать людный торговый район с массой разнообразных закусочных, и сбросил скорость, лишь добравшись до менее оживленной части города.