Последним экспонатом экскурсии стал камбуз, где для гостей готовили еду три шеф-повара и четыре су-шефа. Внутри яхта напоминала плавучий город, а когда все вышли на главную палубу, прилегающую к самой большой гостиной, в палубном баре уже ждала их икра. Само пребывание на этом судне ошеломляло, и Вероника видела, что дочери буквально потрясены. Хозяин яхты держался обаятельно и любезно, казался гостеприимным, демонстрировал ум и широту суждений. Он явно гордился своей яхтой и был только рад показать ее. Да, он был немного грубоват, никто не смог бы отрицать это, но приятен в общении и дружелюбен.
Джульетта даже не вспомнила о своей морской болезни. Качка на яхте не ощущалась – как объяснил Николай, благодаря огромным успокоителям качки. Он рассказал, как несколько раз переплывал на этой яхте через Атлантический океан, а еще одну яхту он держал в Карибском море, неподалеку от острова Сен-Бартелеми. Здесь повсюду роскошь была возведена в невообразимо высокую степень, и Вероника невольно гадала, как себя чувствовал бы на такой яхте Эйдан.
Осуждать это великолепие было бессмысленно, оставалось лишь ошеломленно глазеть на него. Судно и вправду было прекрасное, но излишняя роскошь резала глаз. Пассажирам яхты были обеспечены любые удобства, какие только можно купить за деньги. Картины на стенах стоили миллионы. Отделка была кричащей, почти безвкусной, но Николаю она нравилась.
Вероника думала о том, что это зрелище невольно будоражит воображение. На борту яхты Николай держал двух Пикассо, несколько полотен Джексона Поллока и большую картину Шагала в главной гостиной.
При виде картин дочери Вероники онемели, особенно Джульетта, хорошо разбиравшаяся в живописи. Вероника чуть не рассмеялась при виде изумления на их лицах, когда Николай часом позже усадил их за обеденный стол. В честь гостей приготовили настоящий пир с омарами и молочным поросенком, бесподобным на вкус. Сегодня его юная компаньонка не появлялась. Казалось, он путешествует один, но Вероника догадывалась, что эта девушка скрывается где-то в недрах яхты, если уж Николай заставил ее ждать в спальне несколько часов, пока ужинал с Вероникой на террасе «Хасслера».
Похоже, никаких угрызений совести он по этому поводу не испытывал. Николай был из тех людей, с которыми всегда рядом есть красивая женщина – если не как подруга, то как аксессуар.
– Ваша мама не рассказывала вам, как мы с ней познакомились? – спросил Николай у девушек за ужином, и они сразу заинтересовались.
