Если ты будешь брать заказы на портреты, то окажешься привязанной к месту, вдобавок чужие люди будут указывать тебе, что и как делать.
– Правильно. Но от этого рисовать мне не разонравится.
Дочери непонимающе уставились на нее. Их увлекали собственные занятия, и она разделяла их радость, однако мысль о том, что матери тоже хочется заниматься увлекательным делом, казалась им нелепой.
– А чем, по-вашему, я должна заниматься?
– Путешествовать иногда, отдыхать, встречаться с друзьями, – ответила Тимми.
Джой согласно кивала. Жизнь, которую, по мнению Тимми, полагалось вести Веронике в ее пятьдесят два года, выглядела невероятно нудной.
– Будь рядом, когда ты нужна нам, – добавила Тимми. Впервые в жизни дочери Вероники откровенно заговорили о том, что единственным ее занятием должно быть ожидание, когда она понадобится им. Мать обязана приходить к ним на помощь по первому зову и постоянно ждать его наготове.
– Но я не так часто нужна вам, – возразила она. – Этого мне недостаточно.
Я уже несколько лет пытаюсь решить, чем заняться теперь, когда все вы выросли. Даже папа в завещании написал, что я должна снова начать рисовать. И кстати, Николай просил меня написать его портрет, когда он в следующий раз приедет в Нью-Йорк.
– Будь с ним осторожна, – со смехом предостерегла Джой. – Когда мы были на яхте, его тянуло к тебе, словно магнитом.
– Вряд ли, – покачала головой Вероника, улыбаясь дочерям. – Но написать его портрет было бы интересно. У него очень выразительное лицо.
– И впечатляющая яхта, – подхватила Джой. Впечатлений ей и Джульетте хватило на несколько недель.
– Слава богу, об этом тебе незачем беспокоиться, мама, – ласково добавила Джульетта. – Тебе не надо ни выходить замуж, ни встречаться с кем бы то ни было. Ты абсолютно самодостаточна.
Она не хотела обидеть мать, но от этих слов на Веронику накатила гнетущая тоска.
– Я не стала бы встречаться или выходить замуж только по финансовым соображениям. Но охотно встречалась бы с тем, кого люблю.
Услышав это, ее дочери явно испытали неловкость.
– Ну нет, это тебе ни к чему, – отмахнулась Тимми, но Вероника не пожелала сменить тему.
– А если бы мне и вправду захотелось? Если бы я полюбила?
Дочери уставились на Веронику, словно она сошла с ума.
– Николая? – ужаснулась Джой.
– Нет, не Николая. Кого-нибудь. Кого угодно. Как бы вы к этому отнеслись?
– Решили бы, что ты спятила, – не задумываясь, выпалила Тимми.
