Возвращаясь в отель после ужина, Вероника призналась Эйдану, что для нее Венеция стала кульминацией поездки.
– Значит, нечего и пытаться очаровать вас остальной Италией? – уточнил он с удрученным видом, и она рассмеялась. Зато по опыту прошлых приездов оба знали, что им наверняка понравится Флоренция, и с нетерпением ждали возможности побывать там.
Во Флоренцию они отправились на следующий день после кофе с булочками в отеле и оплаты счетов за номера. Эйдан предложил заплатить за них обоих, но Вероника не позволила, напомнив, что они путешествуют вместе, как друзья.
Несмотря на это, он старался расплатиться за каждый совместный обед и ужин, а Вероника такое обхождение видела нечасто, она не знала, насколько он стеснен в средствах, но была благодарна ему за щедрость и внимательность к ней.
Эйдан с насмешливым удивлением заметил, что с приближением к Флоренции Вероника едва сдерживает нетерпение. Она казалась паломницей, спешащей в Мекку, без умолку рассказывала о галерее Уффици, о том, как ей нравится там, о флорентийском соборе Дуомо, о Палаццо Веккьо, описывала шедевры, которые видела там.
Во Флоренции она много раз бывала вместе с родителями, позднее – с отцом, и теперь не могла дождаться, когда наконец сумеет показать Эйдану свои излюбленные места. Они поселились в отеле «Эксельсиор» на «площади всех святых» – пьяцца Оньиссанти, нашли место для машины, забросили вещи в номера и отправились в город пешком.
Первым делом они поспешили к собору Санта-Мария-дель-Фьоре, затем – в музей за собором.
Вероника знала решительно все о произведениях Донателло, делла Роббиа и других великих художников и скульпторов, и делилась своими обширными познаниями с Эйданом, который слушал ее, как завороженный. Потом они направились в галерею Уффици, к которой Вероника относилась как к своего рода «персональному раю». Эйдану понравилось бывать в музеях вместе с ней: она знала множество случаев из жизни каждого художника, подробности истории их произведений, сравнивала одну картину с другой так, как ему и в голову не пришло бы.
Ее глаза возбужденно блестели, она воскрешала эпоху Ренессанса для своего спутника. С не меньшим воодушевлением она рассказывала об импрессионистах, когда о них зашла речь. Эйдан ловил каждое слово.
На обратном пути в отель они остановились на площади Синьории и снова купили джелато. Несмотря на то, что Вероника постоянно лакомилась им, она не прибавляла в весе.
