Вынужденное заточение, неизвестность будущего, собственная реакция на появление Севера, его ироничный тон не могли не сказаться на Владлене.
– С кем поведешься! – прорычала девушка и рванула назад, желая разомкнуть порочный круг его рук.
Но куда там.
Продолжая жадно сверкать глазами, явно забавляясь происходящим, Север оскалился и чуть сдвинул Владу влево, расположив ее прямо по центру своего тела.
Давая почувствовать, что он возбужден.
Глаза девушки изумленно распахнулись, когда она явственно ощутила, как его эрегированный член упирается ей в живот.
Когда успел?..
– Я передумал, Владлена. Разденусь и умоюсь сам. У меня возникли другие потребности. Чувствуешь их силу?
– Нет! – с вызовом бросила она.
И лягнула Севера.
Тот не ожидал от нее подобной прыти. Когда Север ее оставлял у себя, она была покорна, слушалась его и пыталась договориться.
Что изменилось за два дня?
Откуда взялась эта сексуальная дьяволица?
Он растерялся на мгновение, и его хватило, чтобы Влада извернулась, повернувшись к альфе спиной с намерением и дальше вырваться, ускользнуть из его рук.
Не тут-то было.
Хватка усилилась.
– Давай, милая, сопротивляйся дальше. Ты еще не поняла, что сопротивление, твоя игра меня только сильнее заводят? Продолжай действовать в таком же духе, и я не стану противиться реакции собственного тела и кончу тебе прямо на попку. Обожаю вид партнерши сзади.
Владлена не сдержалась и от души выругалась.
– Ого. А моей девочке стоит вымыть рот с мылом?
Ей бы остановиться…
Притормозить.
Но куда там.
И Влада отгрызнулась в ответ:
– Когда это я стала твоей девочкой, альфа?
Сказала и лишь тогда прикусила язык. Поздно – сзади послышалось рычание. И Влада готова была поклясться – оно было довольным, урчащим. Разбираться в причинах реакции Крестовского она не желала, да и не имела возможности. Ей бы со своими разобраться.
Потому что от крепких рук Севера ее тело начало плавиться. Оно горело в тех местах, к которым он прикасался.
Более того, низ живота приятно потяжелел, а в трусиках сделалось необычайно жарко.
Самое дурное в накрывшем ее возбуждении было то, что Север его чувствовал.
Не мог не чувствовать.
– Моя… моя… – Этот гад продолжал нависать за спиной и опалять горячим дыханием, вызывая целый ворох непонятных желаний, полностью не поддающихся никакой логике.
Влада крепко зажмурилась, коря себя за вспыльчивость и несдержанность.
