Две полоски для мажора

Тот выигрывает по размерам, но и рядом не стоял по ощущению тепла и желанию в нем находиться.

Проведя небольшую экскурсию по скромной гостиной на первом этаже и тесному коридору на втором, Эльвира оставляет меня у дверей ванной комнаты."

"— С чистыми полотенцами и кучей интересных вкусно пахнущих баночек, я думаю, ты разберешься. Но если тебе что-то нужно, то зови без стеснения, — она дружелюбно улыбается и, помявшись всего секунду, сжимает в своих объятиях. — Доброй ночи. Я очень рада вашему приезду и неожиданным новостям.

Мгновенно тушуюсь от такого жеста. Но одного вдоха пряного аромата ее духов хватает, чтобы желание доверять этой женщине пересилило.

— И вам... спасибо... — шепчу и осторожно приобнимаю Эльвиру в ответ.

Но все же незапланированное знакомство с матерью Марка не прошло бесследно. Только после тёплого душа я ощущаю, что умудрилась вымотаться до чертиков.

Но эта усталость не напрягающая. Хочется просто устроиться под одеялком и наконец засопеть. Собрав влажные волосы в тугой пучок на затылке, обматываюсь полотенцем и с вещами в руках выскальзываю из ванной.

До спальни, на которую указала мне Эльвира всего пару метров. Но я застываю возле нужной двери, когда с первого этажа в гостиной слышу голос Марка и его матери.

Знаю, подслушивать плохо. Только мой слух обостряется в разы против моей воли, а босые стопы прирастают к мягкому ковролину.

— Ты ее хоть любишь? — тихий голос Эльвиры превращает меня в струну.

И пока Марк молчит, у меня не получается даже дышать.

Это становится моей большой ошибкой, швыряющей в меня реальность.

— Я не знаю. Все слишком сложно.

Зажмуриваюсь с такой силой, что в ушах начинает звенеть, перекрывая этот мучительно выдавленный из себя ответ Марка. Идиотка, и что я хотела сейчас услышать?!

Знать и слушать этот разговор дальше не решаюсь. Я заставляю себя бесшумно скрыться за дверью спальни. Не включая свет, скидываю вещи на ближайший, замеченный в темноте стул и нахожу в чемодане, уже положенным у кровати, пижаму.

Ложусь под одеяло, натягивая его на себя, как кокон. Это чувство обманчиво, но только так мне кажется, что есть какой-то другой мир. Без рвущей душу правды. Мир малыша и мой.

Обнимаю свой едва округлый живот и, глотая литры соленых слез, обещаю себе больше не плакать.

Глава 25

Марк

Стоит только закрыть посудомойку и сделать шаг за пределы кухни, как мама уже ждёт в гостиной на мягком диванчике.