Две полоски. Двойная ошибка

В итоге сдавался, слабел, боялся сделать больно, обидеть, задеть, увидеть в глазах укор и слезы. Хотел видеть в них лишь желание и любовь. Да, черт, как ни странно, Шах хотел любви.

Вот такой, чтобы душила и воскрешала, чтобы ради нее и ради этой девушки жить, оберегать ее, быть рядом. Старею, наверное, или просто все задолбало, эта беготня, суета, странные люди, разборки, чужие истерики и угрозы.

Хочу дом, сына, две жены было – и те никого не родили, только аборты, наверное, делали и кричали в лицо, что от меня, урода, никогда рожать не станут.

Деньги любили, а еще крутить задом, пока меня не было. Марк смеялся, что я выбираю только шлюх, они сами лезли на его член, выпрыгивая из трусов.

Сутки не мог понять, как же так получилось, что мы с Марком вдвоем с ней? Да, только сейчас пришло осознание, после очередной ночи, что не хочу и не могу ее отпустить, что, как бы странно это ни звучало, меня все устраивает. Даже то, как Ольга кончает на члене или языке Аверина, то, как при этом смотрит на меня, как хочет еще.

Самого трясло при этом от перевозбуждения, и мозг не соображал.

Я бы, наверное, так ничего и не узнал, но скучал безумно, мысли в голову не лезли по делам, нужно было дожимать Корнева, Алиса, дочка его, еще постоянно звонила и писала. Пришлось слить папашке ее откровенные фото и видео, что его дочурка присылала мне. Да, подло, но это всего лишь бизнес, грязная его сторона, и если на Корнева поступил заказ от конкурентов, то его нужно выполнить.

Информацию, что просил найти на Ольгу Успенскую, давали дозированно, ссылаясь на то, что все работают, и я со дня на день получу полный отчет.

Знал адрес, знал, где могу ее найти, после обеда все бросил, ничего не сказал Марку, поехал.

Так хотел увидеть ее, обнять, почувствовать. Точно сошел с ума, и мне это нравится. Адрес нашел не сразу, где-то у черта на рогах, по моим представлениям. Застроенный одинаковыми многоэтажками район, машину негде припарковать, удалось это сделать в чужом дворе. Но как только собрался выходить и объявиться у девушки без предупреждения, увидел ее.

Ольга шла не одна, с каким-то мужиком в куртке. Сжал кулаки, слыша скрип зубов из-за плотно сомкнутой челюсти, застыл на месте. Она ему улыбалась – и улыбалась искренне, поправила платок на голове, что-то отвечала, когда этот, по моим понятиям, уже смертник спрашивал ее.

А когда к ним подбежал мальчик лет, наверное, шести, не разбираюсь в детях и возрасте, взял мужчину и Олю за руку, я совсем впал в ступор.