Две полоски. Двойная ошибка

Паразит маленький.

– Тебе тоже пора уходить.

– Я не тороплюсь и, прежде чем ты что-то еще скажешь, советую хорошо подумать, я…

– А вот не надо меня стращать, сегодня были уже такие, ты не первый, – понижаю голос до громкого шепота, оглядываясь по сторонам.

– Оля! Что, мать твою, происходит?

– Да кончай орать! – снова тащу Шахова в ванную, включаю воду.

Клим прижимает к стене, пальцы ложатся на шею, не давит, только гладит, смотрит в глаза, изучает.

– Мне кажется, в квартире прослушка, я не специалист, но когда я сегодня зашла, решила, что тут кто-то был.

– Я откуда знаю? Но сегодня в кафе меня вот точно так же, как ты сейчас, в темной подсобке зажали два мужика. Настоятельно просили рассказать о вас с Марком – с кем встречались, о чем говорите, как вообще живете.

Странно, но у него так часто меняется взгляд. От откровенной злости и гнева он переходит в задумчивость, а потом в интерес. Но в нем нет ничего плохого по отношению ко мне, теплые пальцы все так же гладят кожу на шее, мне от этого спокойней.

– Молодец, девочка, – хищно улыбается, а потом неожиданно целует, захватывая губы, лаская их языком.

Мое неспокойное сердце вновь прыгает к самому горлу, а там уже рассыпается на мелкие осколки и падает к ногам. Я слабая и безвольная женщина, которая устала бояться, устала все скрывать в себе и жить постоянно в ожидании чего-то страшного.

– Клим… Мне страшно, я…

– Не бойся, ничего не бойся, я с тобой.

Горячее дыхание обжигает кожу, Клим царапает щеку щетиной, шепчет на ухо. Ему мало места в моей узкой ванной – и мне тоже, энергетика и сила мужчины давит.

Вопрос на два миллиона долларов.

Я уже хочу признаться, сказать правду, что сама не знаю, от кого из вас он, но молчу. Реально, не могу пошевелить губами, а в это время телефон Шахова надрывается в кармане пиджака.

– Ответь, вдруг что срочное.

Напряженные секунды, но Клим отвечает.

Слушает долго, прикрывает глаза, запрокидывает голову, тяжело выдыхает, раздувая ноздри. Что-то случилось. Что-то очень нехорошее.

В груди колет.

– Скоро буду. Оставайся там.

– Что? Что случилось? Клим! – повышаю голос, дергаю мужчину.

– Оставайся дома, никуда не уходи, никому не открывай, ни с кем не разговаривай. Через час приедет мой человек, хотя, черт, сейчас никому доверять нельзя. Слышишь меня? Оля, посмотри на меня!

Клим трясет за плечи, а мне кажется, земля уходит из-под ног.