Две полоски. Двойная ошибка

Я бы и сама хотела знать, кто такой Клим Шахов на самом деле, залезть ему под шкуру, прочесть мысли. Я боялась этой встречи, в тоже время понимая, что она невозможна, но постоянно прокручивала ее в голове.

То, как мы можем встретить Марка или Клима где угодно. Банально, но в моих фантазиях это мог быть парк или торговый центр. Мужчины могли просто пройти мимо, равнодушно мазнув взглядом, могли даже не посмотреть в нашу сторону. А могли остановиться, а дальше все как в мелодраме. Короче, бред.

Временами я считала эту встречу нереальной, мы с разных планет и орбит, и чтобы они вот так пересеклись, должно было случиться что-то сверхъестественное.

Меня просто пригласили в качестве переводчика на вечер. Я пренебрегла всеми знаками судьбы и все равно пошла. Словно ждала сама перемен в жизни, но была к ним не готова.

Слышу биение собственного сердца, на глазах наворачиваются слезы, понимаю и вижу, как Ванька похож на Клима. Такой же взгляд, так же поджатые губы.

– Сколько тебе лет? – Шахов не отвечает на вопрос ребенка, задает свой, понимаю, к чему он клонит.

– Пять, точнее, скоро будет шесть – зимой, а потом я пойду в школу.

Клим ведет подбородком, даже мне слышно, как хрустят позвонки его шеи, и это не сулит ничего хорошего. Зная его вспыльчивость и несдержанность, этот зверь может устроить разборки при ребенке.

– Так, Ванечка, скажи дяде «до свидания», дядя уже уходит, а тебе скоро пора спать, а надо еще сделать много дел.

Хочу свернуть эту нежданную встречу, пока Клим на самом деле не стал очень громко задавать вопросы, которые могу слышать все.

Клим поднимается с корточек, треплет сына по темным волосам, словно он так делает всегда, но не спорит. Они теперь вдвоем смотрят на меня, а я не знаю, куда себя деть, внутри все клокочет и горит, разрывая на части. Я понимаю, что мне нужен этот мужчина, мне, Ваньке, чтоб вот так стоял, смотрел, чтоб после этого устраивал разборки, с трудом усмиряя свой крутой нрав, а потом целовал, любил.

Я слишком много хочу.

Я слишком много нафантазировала себе.

Но Я ХОЧУ, чтобы было именно так.

А еще хочу Марка рядом – с его рассудительностью, показной отстраненностью, с его всезнайством и умением все держать под контролем.

– Да, малыш, беги в комнату, нам с мамой надо поговорить, – фраза эта не сулит ничего хорошего.

Сын, задрав голову, смотрит на мужчину, кивает, кидает куртку на пуфик, разувается и уходит в комнату. Слушаясь Шахова, а не меня.