Ее лицо немного исказилось: было заметно, что происходящее доставляет ей совсем не те ощущения, которые обуревали меня самого… Она казалась испуганной, даже холодной… и не ожидающей от меня ничего хорошего. И все же, она пришла! Мог ли я обмануть ее надежды? Милая девушка-женщина, сейчас она совсем не была похожа на подростка. У нее было лицо школьницы — и сводящее меня с ума, тело женщины. И какое тело! Отточенные, без малейшего изъяна формы, плавные и манящие изгибы, нежная кожа… Ничто не скрывало от моих глаз красоту и волнующую прелесть этой желанной девочки! У меня нарастало желание.
Я сбросил на пол одеяло, чтобы оно не путалось в ногах, и наклонился к животу Наты. При моем прикосновении он слегка втянулся, и я вновь уловил сотрясающую девушку дрожь."
"Я решился… Никто и никогда, ни один человек в ее прошлом, не мог ей подарить таких ласк! Но хватит ли выдержки у меня самого?.. Медленно, опускаясь все ниже к лобку, я целовал губами ее кожу, нависая над телом. Мои губы коснулись низа живота, в том месте, где он начал едва уловимо опускаться вниз, переходя в прикрытые узкой полоской волос половые губы.
Девушка вся сжалась. Я взял в рот нежную кожицу, захватив ее вместе с волосками, и несколько раз жарко выдохнул. Ната, совершенно не ожидавшая такого, слегка закусила губы. Ее голова покоилась на подушке, и она наблюдала за мной с широко раскрытыми глазами. В них проглядывалось недоумение, какая-то боль и что-то еще, пока не совсем оформившееся и не находящее ответа… Перейдя ниже, я быстро спустился к ее ногам и вновь начал подниматься, лаская их губами и легкими прикосновениями пальцев.
Я подбирался к заветному месту все ближе и через некоторое время, вновь коснулся губами манящих выпуклостей. Ната стихла, перестав даже дышать. Тогда, очень медленно, преодолевая слабое сопротивление, я начал разводить ее ноги, чтобы освободить себе доступ в святая святых… Девушка приподняла руки, закрывая лицо. Она стала заметно бледнеть — это было видно даже в столь неверном свете! — и я подумал, что в любую секунду она сорвется и начнет биться в истерике.
Ната ожидала совсем иного… и, поступи я именно так — может быть, все стало повторением ее кошмаров! Но я уже точно знал, что то, что сейчас происходит, она еще не испытывала. Я решительнее, еще шире развел ее колени в стороны и склонился вниз. Она попыталась сдвинуть ноги… это движение было прервано мною, а затем я коснулся ее бутона губами… Мое прикосновение вызвало у Наты слабый стон.
