До выяснения обстоятельств, так сказать, и с большим удовольствием.
Хоть заседание проходит и по плану, я все равно прилично нервничаю. Многие доказательства у нас только выглядят эффектно, но на самом деле притянуты за уши. Достаточно только притащить дружков нашей «сурмамы», с которыми она бухает.
Я надеюсь на человеческую впечатлительность. Кстати, присяжные — это не моих рук дело. Их нам «подарил» наш с Демидом полкан. Переживает. Хороший мужик.
Судья возвращается.
— Прошу всех встать! Оглашается решение по делу гражданина Хабирова…
Глава 38
Алина
— Мы оправданы?! О Боже! И можем забрать детей? — Я повторяю это, как заведенная.
— Поехали! — Расталкиваю людей, сидящих с нами в одном ряду. — Пожалуйста, поехали! — Прошу Руслана.
Да, я сейчас сильно не в себе! Но у меня была целая неделя, чтобы рефлексировать по ночам, придумывая самое ужасное, что могло произойти с детьми. Я та самая мать, которая спокойна только в тот момент, когда дети находятся на ее глазах. В пределах вытянутой руки.
— Гражданка, Хабирова, — пытается призвать меня к порядку судья.
— Мы ещё не закончили.
— Заканчивайте, — послушно киваю я ей. — А у меня дети. Они маму неделю не видели. Вы понимаете?
— Идите, ради Бога, — судья безнадежно взмахивает руками. — Представители ответчика, останьтесь.
Я вжимаюсь в плечо мужа и не могу сдержать эмоций. То плачу, то смеюсь.
Рядом рыдает Майя. Она уже звонит в дом малютки и просит, чтобы собрали малышей. Моя свекровь (почему-то несостоявшиеся матери наследниц выбрали именно ее слабым звеном, которому можно поплакаться) обещает всем беременным от Ратмира девушкам посильную поддержку.
Медицинские полиса за счет компании и материальную помощь первый год жизни детей. Ушлые дамочки тут же просят закрепить эти обещания документально. Юристы подкатывают глаза, предсказывая кучу геморроя.
Отец Руслана вместе с адвокатами требует установления запрета на любые контакты своего брата с нашей семьей.
Ставронскую снимают с должности. Пока временно, до закрытия всех дел, находящихся на рассмотрении, в которых она выступает свидетелем.
Но что-то мне подсказывает, что на этот раз ей соскочить не удастся и из свидетеля она очень быстро перекачает в обвиняемые.
Наконец, нам с Русланом удается покинуть зал заседаний. На мгновение, как котята, вы впиваемся в друг друга поцелуем и, надевая на ходу одежду спешим к выходу.
— Соскучился, — говорит муж, снова крепко целует меня, прежде чем завести машину.
Мы не виделись с ним три дня.
