Вернее, было — она сказала то, что сказала, а я услышала то, что услышала.
— Где Денис? — она обошла меня и направилась к лестнице.
— Денис? — кривовато усмехнулась я, глядя на неё.
Внутри меня будто опрокинули бочку с горючим, и то, залив всё, что было живого, вспыхнуло, превращая в пепел ещё недавние робкие мечты. Семь лет… Всё разом встало на свои места. Так вот оно, значит, как?! Схватив девицу за руку, я рванула её на себя. Теперь уже я рассматривала её. Благородные черты лица, светло-голубые глаза, волосы с платиновым отливом.
Идеальная… Идеальная, чёрт её подери! У такой ни целлюлита на заднице, ни капли пота в тридцатиградусную жару.
— Так ты замужем за Денисом? — в голосе моём звучали горечь, презрение. Пепел несбывшихся надежд, казалось, осыпался серым снегом к моим ногам, а душу заливала отчаянная ярость. Блондинка молчала, смотрела на меня с презрением и молчала. — Отвечай! — потребовала я.
— Не трогай меня! — она выдернула руку из моей хватки. Зло сощурилась. — Да, я жена Дениса! А ты кто такая, чёрт тебя возьми? Очередная его шлюха?!
— Очередная шлюха… — повторила я, чувствуя, как к горлу подступают слёзы, но волю давать им я не собиралась.
Неверяще покачала головой. — И много у него было шлюх?
Не знаю, что точно я чувствовала. Смотрела на неё, а в мыслях так и вертелись кадры: море, чайки, пустые бокалы, воздушный змей, парящий на фоне неба. Мы втроём, руки Дениса на моих плечах, его поцелуи в шею, в скулы…
— Достаточно, — с язвительностью отозвалась она и снова было пошла к лестнице, однако и на сей раз пройти я ей не позволила.
— А ты, значит, шлюха на постоянной основе? — со смешком выдавила я. Глаза девицы вспыхнули гневом, черты красивого лица исказились."
"— Убери руки! — нервно вскрикнула она. Жена? Ключи на тумбочке, чемодан у стены… — Не знаю, кто ты такая, — процедила она сквозь зубы, — но…
— Это я не знаю, кто ты такая! — выкрикнула я в ответ.
Руки подрагивали не то от ярости, не то от отвращения, сердце вырывалось из груди, к горлу подкатывала тошнота.
Пульсом в голове билось лишь одно: «жена-жена-жена», но сознание всё ещё отказывалось воспринимать это. Чемодан у стены, ключи на тумбочке… Я всё ещё не хотела верить, хотя знала — она не врёт. К чему?
Оттолкнув меня, она хотела было ответить, но негромкий шум со стороны двери заставил нас обеих обернуться. Девица поджала губы, я же смотрела на Антона с непониманием и ожиданием.
— Вика, — наконец с недовольством выговорил он, — что ты здесь…
Я попятилась к лестнице.
