Джек Ричер, или Дело

Аптекарь не хмурился и не выражал недовольства или нетерпения; не улыбался и не кивал, пока я перемещался от одной кипы одежды к другой; он воспринимал меня так, будто я играю в комнатную игру: ищу что-то, а остальные игроки направляют меня криками «теплее» и «холоднее».

Неожиданно мне на глаза попалась белая рубашка с пуговицами, сшитая из плотной хлопковой ткани. Окружность по вороту была восемнадцать дюймов, а длина рукава тридцать семь — как раз мой размер. Я положил выбранную рубашку на прилавок и спросил:

— Подойдет ли она для работы в офисе?

— Конечно, сэр, это именно то, что надо, — ответил мужчина за прилавком.

— Произведет ли она впечатление на особу, с которой я собираюсь ужинать?

— Я думаю, сэр, для этого вам следует надеть что-то потоньше. Может быть, лучше в крапинку.

— Значит, эту рубашку вы не посчитали бы подходящей для официальной встречи?

— Нет, сэр. Отнюдь нет.

— Отлично. Именно ее я и беру.

Она обошлась мне дешевле, чем розовая рубашка в магазине на базе. Пожилой продавец завернул ее в коричневую бумагу и, как маленькую посылку, заклеил на стыках скотчем.

Взяв пакет, я перешел на другую сторону улицы. Я решил отнести рубашку в номер и вошел в отель как раз в тот момент, когда хозяин собирался подниматься по лестнице. Услышав, что дверь открылась, он обернулся и, увидев меня, остановился. Он задыхался и с трудом смог произнести:

— Ваш дядя снова на телефоне.

Я подошел к телефону, стоявшему в заднем офисе. Звонил Гарбер; он с самого начала разговора был осмотрительным и осторожным, что сразу меня насторожило.

Первым его вопросом было:

— Отлично, — ответил я. — А ты?

— Как там идут дела?

— Плохо, — сказал я.

— Нет, с ней все в порядке.

— Элизабет Деверо, так? Мы как раз сейчас проверяем ее.

— Получаем по закрытым каналам сведения о ней из Корпуса морской пехоты.

— Возможно, получим что-нибудь, что можно будет потом использовать против нее. Тебе это тоже может пригодиться на каком-то этапе.

— Побереги свои силы. Она не доставит проблем.

— А тогда кто доставит?

— Мы, — ответил я.

 — Или ты. Или еще кто-то. Армия, я хочу сказать. Они патрулируют за ограждением Келхэма и стреляют в людей.

— Ну, уж это абсолютно невозможно.

— Я сам видел кровь. Да и обломки машины они тоже подчистили.

— Но именно это и происходит. И ты должен это остановить. Ведь сейчас ты нажил себе серьезную проблему, но, похоже, собираешься раздуть из нее Третью мировую войну.

— Ты явно ошибаешься.

— Тут двух человек избили, а одного убили.