Джек Ричер, или Дело

Он направляется из Атланты на юг, в город под названием Маргрейв.

— Кем был этот Блайнд Блейк?

— Гитаристом в далекие времена. Играл музыку в стиле блюз. Один из первых легендарных музыкантов.

— А зачем Джо понадобилось информировать тебя об этом?

— А что Джо имел в виду, когда писал, что потом тебе расскажет?

— Именно то, что писал.

— Что расскажет тебе о чем?

— О легендарном Блайнде Блейке, разумеется. О том, действительно ли он умер именно там.

— А почему так важно знать, где этот человек умер?

— Это, конечно, не важно.

— Так он действительно пишет о бейсбольных карточках?

— О чем ты, черт возьми, толкуешь?

— Это код к какой-то другой информации?

— Код? Да какой это, к черту, код?

— Но ты сегодня звонил в его офис, — сказал Гарбер.

— Ты и об этом знаешь?

— У нас задействована система оповещения.

— Девушка в его офисе?

— Я не имею права обсуждать такие подробности. Но мне необходимо знать, зачем ты ему звонил.

— Ну, а почему именно сейчас? Ты хотел спросить его о чем-то?

— Да, — ответил я. — Я хотел спросить его о том, как он поживает. Просто хотел пообщаться.

— Но почему сейчас? Что-нибудь, связанное с Келхэмом, возбудило твое любопытство?

— А вот это тебя не касается.

— Меня все касается. Помоги мне в этом деле, Ричер.

— Две чернокожие женщины были убиты до Дженис Мэй Чапман. Ты хоть знаешь об этом? Ведь это то, что ты должен постоянно держать в памяти, если размышляешь о политических кампаниях.

— Ну а при чем здесь Джо?

— Я встретился с братом второй жертвы. И это заставило меня подумать о своей семье. Только и всего.

— Джо говорил тебе что-нибудь насчет денег из Косово?

— Я его не застал. Его не было в офисе. Он был в Джорджии.

— Снова Атланта? Или Маргрейв?

— Понятия не имею. Джорджия — большой штат.

— Ладно, — сказал Гарбер. — Прости за вторжение в твою жизнь.

— А кто все-таки волнуется по поводу денег из Косово?

— Я не имею права обсуждать это, — отрезал он.

Закончив разговор с Гарбером и сделав несколько продолжительных вдохов и выдохов, я поднялся к себе в номер, разложил новую рубашку на кровати и принялся обдумывать предстоящий ужин с Элизабет Деверо. До него оставалось три часа, и за это время мне нужно было сделать только одно дело.