Джульетта стреляет первой

Ты чего, не видишь, как я умею овечкой прикинуться? – пьяно ухмыльнулась Анжела.

«Но если все, что ты рассказала, правда, ты очень сильно рискуешь», – подумала Татьяна.

Однако пугать подругу не стала. Предложила:

– Хочешь, я тебя баиньки уложу?

– А что? Мысль. Чего-то да… перебрала я, – улыбнулась. – Просплюсь – бегать пойдем.

– Разумеется, – заверила Таня.

Жаль было тратить время на прихорашивание, но сегодня ей предстояло сражаться женским оружием. Таня сделала маску, уложила волосы, тщательно накрасилась. Открыла шкаф.

Брюки не рассматриваются – только что-то очень женственное, но не юное, нет. Никаких белых девственных нарядов. Надо выглядеть убийственно роковой. Красное платье с кружевами? Пожалуй, слишком вызывающе для дня похорон. Лучше темно-синее, приталенное. А вырез до поры замаскируем шарфиком.

Татьяна заглянула в кабинет. Анжела безмятежно подсунула руку под щеку и улыбалась во сне. По ощущениям – будет приходить в себя еще долго. Но Таня вспомнила присказку отчима: «У пьяного сон короток».

И решила себя обезопасить. Вытащила из холодильника образцы. Засунула в термос. Проложила контейнеры льдом. Все вместе – в термопакет. Флешку с фотографиями завернула в целлофан и поместила туда же. Вынесла во двор, замаскировала в дальнем углу, в теньке, под ворохом полусгнивших пальмовых ветвей.

Сколько – даже на холоде – хранится сперма, Таня точно не знала. Но подозревала – счет идет на дни. А возможно, и на часы. Ей срочно нужно выбираться отсюда.

Проще всего было Марку позвонить.

Но вдруг похороны еще не закончились? Молодой человек, несомненно, там. И даже если ответит – романтический разговор в подобной обстановке вряд ли получится.

Держим путь в центр. Где, интересно, может быть сейчас Марк? В офисе в день похорон – очень вряд ли. В баре? В кафе?

Но на ловца и зверь бежит – увидела юношу на улице.

Тот стоял рядом с мэром.

Девушка подошла к мужчинам.

– Танюшка! – просиял Марк.

Прежде Таня в корне пресекала его улыбку. Сразу заводила речь о делах или же говорила, что очень спешит.

Но сегодня изобразила искреннюю радость:

Марк – впервые услышал от нее доброе слово! – восторженно захлопал глазами.

Мэр – грустный, желчный, в обязательных сандалиях поверх носков – взглянул насмешливо. Предупредил:

– Готовься. Сейчас у тебя попросят. Луну и солнце в придачу.

Таня укоризненно взглянула на градоначальника:

– Это у вас, чиновников, все корыстные. А я Марку хотела предложить вместе кофе выпить.

– Ага, – не сдавался мэр.