Егерь императрицы. Гвардия, вперёд!

— Ваше высокородие, есаул Чеботарёв от генерала Денисова к вам посыльным! — представился он, спешившись. — Их превосходительство передаёт вам, что остатки гусар загнаны в город, но дальше нашей коннице туда хода нет. Он разворачивает казачьи полки ко внутреннему валу навстречу колоннам генералов Рахманова и Тормасова. На месте, в заслоне у предместий, выставлен полк Глуховских карабинеров. В Праге много баррикад и завалов, по улицам конному никак не пройти. У Вислы с левой стороны болотина, там тоже на конях не прорваться.

— Ясно, — кивнул Егоров. — Передайте их превосходительству, что я его понял. Дальше мы сами.

Колонна егерей пошла дальше. Из-за домов и палисадов, с баррикад и завалов, перекрывших узкие улочки предместья, вёлся плотный огонь. Спешенные карабинеры перестреливались с защитниками и несли потери на открытом месте.

— Где там Вьюгова носит?! — оглядываясь, зло бросил Егоров. — Сейчас ближе подойдём, и точно такое же будет, — кивнул он на поле, устланное подстреленными карабинерами.

 — Рассредоточиться в ротные колонны! Всем штуцерникам выдвинуться вперёд и поддержать дальним огнём карабинеров. Только далеко не лезем! Дальним огнём бьём, я повторюсь! Дальним! Капитана Осокина ко мне!

Через две минуты перед бригадиром Егоровым стоял командир дозорной роты.

— Тимофей Захарович, пока орудия сюда не подкатили, мы время тут теряем, — с досадой проговорил Егоров. — А время, ты сам знаешь, как для нас дорого! Там на валах сейчас полки в штыковую идут и плутонги под картечью на поле укладывают.

Пробегись с ребятками вдоль Вислы, там по осенней распутице, казаки говорят, якобы место совсем непроходимое. Но это же для них, а не для нас, волкодавов, а? Сколько мы у Дуная на пузе по заливным местам проползали? Неужто же не найдём там проход?

— Найдё-ём, господин бригадир, и пройдём! Чего же нам не пройти? — хмыкнул тот. — Разрешите выполнять?

— Выполняйте, капитан, жду вашего доклада, — кивнул Егоров.

Сотня разведчиков егерей свернули с дороги и побежали в сторону заросшего, болотистого берега Вислы. А в музыку боя в это время вплелись хлёсткие выстрелы штуцеров.

Цепь отборных стрелков с пяти сотен шагов повела плотный и точный огонь, уже через несколько минут заставив поляков спрятаться за баррикады и дома. Только что так увлечённо расстреливавшие спешившихся русских кавалеристов с их короткоствольными карабинами, они вдруг и сами стали мишенью.