Я был с ним полностью согласен. И Злате мы об этом тоже оба решили ничего не говорить. Незачем ей лишний раз волноваться. Тем более, в ее положении…
Единственное, что меня напрягло, это резко проскочившее напряжение в тоне Романа пару дней спустя нашего первого разговора, когда перед тем, как положить трубку, он попросил быть начеку и вскользь упомянул Кучера. От знакомой клички своего недавнего «врага» по спине пробежал озноб, но я быстро заткнул полезшие в голову лишние мысли. Вряд ли наши «истории» со Златкой как-то связаны.
— Все гораздо сложнее, чем я предполагал, Тимур, — бросил Роман Георгиевич туманное, — не хочу пока делать предположений, но дерьма за плечами этих двоих хватает. Поэтому лучше лишний раз никуда не выезжайте за территорию дома, мало ли…
Уж не знаю, что отец Златы предполагает, что может случиться, но явно Золотарев старший был взволнован. Конкретней пообещал сказать завтра, по приезде.
Глава 31. Злата и Тимур
Злата"
"Утро началось, как обычно в последние дни: сладкие поваляшки в постели, душ, вкуснейший завтрак от Тимура и утренний променад вдоль берега озера, пока еще солнце не было в зените и от удушливой жары спасала тень от деревьев.
Но зато в обед мы с Тимом снова «заползли в свою норку» и, завалившись перед телевизором, включили какой-то новый сериал.
Честно говоря, я слушала и смотрела в пол-уха и полглаза. Утонув в объятиях парня, я крутила в руке телефон и думала, как бы решиться позвонить папе или маме. Меня грызла совесть за то, что за всю неделю я так и не нашла в себе смелости ответить хоть на один из их звонков.
Хотя знала: они в курсе, что у нас все хорошо.
Благодаря Тиму.
Сам того не замечая, он стал для нас связующей ниточкой. И, кажется, парня это совершенно не напрягало. Даже наоборот.
— Тим.
— М-м-м? — промычали мне в макушку, бесцельно выводя пальцами на моем плече незамысловатые узоры.
— Спишь?
— Нет, честно пытаюсь смотреть сериал. По-моему, это жуткая муть.
— Слушай, — выпуталась я из объятий, подгибая под себя ноги и усаживаясь, — может, мне нужно позвонить папе? Я ведь… — запнулась, потупив взгляд, — ну, так и не попросила прощения за те слова, — поморщилась, — он, наверное, не весть что думает.
Тим молчит. Смотрит на меня какое-то время, а потом ставит серию на паузу и сжимает мои ладошки в своих широких ладонях, заглядывая в глаза и улыбаясь, приподнимая один уголок губ:
— Поговорить нужно, — кивает, — вот только… — а вот договорить ему не дает стук в дверь.
