Его любимая кукла

А в аду с меня уже спросят за все – так что одним грехом больше, одним меньше… – усмехнулся младший брат криво, но тут же резко посерьёзнел. – Я рад, что ты цел и что все… получилось так. Я не мог тебя потерять, мой идеальный старший брат. Кто тогда стал бы распинать меня, как обычно, за все мои недостатки?

Роман выдавил из себя слабую улыбку в ответ на эту шутку, но оба они знали, что «как обычно» между ними ничего уже не будет никогда.

Часть 2. Глава 10

Впервые за долгое время Арина чувствовала себя в безопасности, и с каждым проведённым в доме Горянской днём понимала, что меняется и Кир.

Она даже не понимала, насколько он был напряжён до этого момента. Но видела, как мальчик становится всё более открытым и всё больше проводит времени с бабой Лизой, как он называл Горянскую, хотя последняя была категорически этому не рада.

– Если он ещё раз так скажет, я надеру ему уши, – беззлобно ворчала она каждый раз, когда Кирилл выдавал свою «бабу Лизу», на что получала только улыбку Арины.

За несколько дней, что прошли с момента их с сыном приезда в особняк бабушки, многое изменилось.

Но самым главным оставалось то, что внутри Арины появилась уверенность, которой не было никогда. Теперь они с Киром могли не дёргаться от каждого звука и шага. Теперь они могли спокойно спать, зная, что никто не придёт за ними и не заставит делать то, чего они не хотели.

Елизавета даже заставила Арину сменить номер телефона, и требовала, чтобы внучка отдавала ей сотовый на целый день. Поначалу вызывавшее у Арины только протест, впоследствии этот ритуал показался ей благом.

Как славно было проводить время в этом особняке, где всё дышало совсем другой эпохой! И где рождалось ощущение, что всё в её жизни может быть иначе.

Того единственного звонка, которого Арина так ждала подспудно, прозвучать не могло, будь у неё хоть три номера, хоть триста три. Да она и не надеялась, что Роман Королёв когда-нибудь позвонит ей. Наверное, он уже забыл, что она когда-то существовала в его жизни. Даже была бы рада этому – что угодно, лишь бы не ненависть и презрение с его стороны.

Сама она часто вспоминала о нём, и это приносило какое-то извращённое удовольствие. Он хотел её. Хотел всё время, пока она была рядом, и это рождало внутри Арины такие чувства, какими бы она никогда и ни с кем не захотела бы делиться.

Она помнила досконально всё… их ласки и поцелуи, то, как Королёв брал её, каждый раз по-новому, но неизменно – с привкусом слепящего наслаждения.