Кого я умудрилась… снять?
Побродив в поисках гостиной, я наконец-то нахожу свои вещи. Платье аккуратно висит на спинке стула, а на вешалке у входа – куртка.
Отлично.
Тороплюсь одеться. Только никак не найду свои угги. Не в туфлях же я пришла?
Выглянув в окно, понимаю, что на улице за ночь намело снега по колено, и, следовательно, как я дошла сюда в туфлях? Как? Оглядела прихожую. Под вешалкой стояла пара угг или унт, я, наверное, никогда не научусь их различать. Они явно больше моего крохотного тридцать седьмого размера, но выбирать не приходится.
Не идти же босиком.
Мигом засовываю туда свои голые ступни и, накинув капюшон, выхожу из дома, закрыв за собой дверь, стараясь сильно не стукнуть, чтобы не разбудить хозяина дома.
Оглядываюсь, вокруг горы, лес, сугробы снега и только в самой дали виднеются еще пара тройка таких же шале. До них метров сто, не меньше."
"Так, теперь бы сориентироваться и найти отель.
Пока топаю по тропинке, похрустывая снегом под ногами, нахожу в кармане пуховика телефон, который только чудом не сел.
На часах семь утра. И я надеюсь, что не потеряюсь, потому что до работы всего час, и мне никак нельзя опоздать.
Иду на одной интуиции, выбрав одну из тропинок. Точно помню, что шале находятся за перешейком, и как раз такой узкий проход между горами виднеется впереди. Значит, я иду в правильном направлении. Голые ноги трясутся от холода, зуб на зуб не попадает, а желудок урчит от голода, но я старательно пытаюсь вытащить из задворков памяти хоть что-то о вчерашнем вечере.
Однако после момента моего смелого танца для него и коктейля, которым он меня угостил, память как отшибло.
Говорила бабушка, поездка – идея плохая, но упрямая Ева же никого не слушает! Вот теперь вляпалась по самые уши. А стыдно-то как! И не дай бог, встретиться еще раз с этим мужиком, которого я даже не знаю, как зовут. И вообще, как мне теперь узнать, было у нас что-то или нет?
– У-у-уф! – топнула ногой, прикусывая губу. Дурочка безмозглая.
Но что самое странное – я не жалею.
Меня не ест чувство совести. Только неловкость и стыд.
Спустя минут двадцать самокопания и протаптывания по сугробам себе тропы, я выхожу в деревню и чуть ли не бегом направляюсь к общежитию, где и нахожу испуганную Джессику, мерящую шагами коридор около моей комнаты.
– Ты где была? – выпаливает подруга, испуганно оглядывая с ног до головы и сложив руки на груди.
– Угадай, – бурчу, открываю комнату и прохожу внутрь. Джесс молча проходит следом и закрывает дверь.
