Я возилась со своим новым бриллиантовым браслетом. Длинные серьги слегка покачивались. Они были прекрасны, но больше всего мне нравился изящный медальон, подаренный Маттео. Он был теплым, когда касался шеи. Драгоценности были защитой от женщин из Братвы, которые, как я знала, будут там присутствовать.
Три черных G-Wagon подъехали к ресторану, и Маттео слегка сжал мою руку, прежде чем отпустить. Я схватила его за руку, когда он стоял.
— Не делай ничего, что могло бы разрушить альянс, только ради меня, хорошо?
Вспышка ярости промелькнула на его лице, и он наклонился, опираясь руками по бокам моей инвалидной коляски, запирая меня в клетке.
— Только ради тебя, tesoro. Я знаю, ты не понимаешь, что ты того стоишь, что ты мой приоритет. Если бы мы не были здесь, то я положил бы тебя на колени прямо здесь и отшлепал бы за то, как ты себя недооцениваешь.
Мои щеки покраснели.
— Нет, я определенно не думала о том, что ты сейчас сказал.
Нахмурившись, он яростно поцеловал меня в губы и выпрямился, когда входная дверь распахнулась.
Один из итальянских охранников держал дверь открытой. Вошел Пахан. Его насмешливый взгляд скользнул по мне, и я сжала кулаки. За ним следовал его заместитель Богдан, жестокий человек, примерно того же возраста, что и мой отец. Все свое детство я изо всех сил старалась держаться от него на расстоянии. Он был человеком, который любил причинять боль другим. За ним шли двое его охранников, в которых я узнала Игоря и Аркадия. Я уже чувствовала, что сжимаюсь, пытаясь стать наименьшей мишенью для их насмешек.
Жены вошли следом за мужчинами. Моя мама в гороховом атласном платье с пышной юбкой, жена Богдана — Юлия, и две молодые женщины, должно быть, жены охранников. Я подумала, что эту хорошенькую шатенку, наверное, зовут Лилией.
Мне хотелось, чтобы Нудл был рядом со мной. Он был в моей жизни недолго, но теперь я не могла представить себя без него. Энцо взял его на вечер, и, хотя я скучала по нему, я бы никогда не рискнула Нудлом, приведя его туда, где был отец.
Когда мне было шесть лет, я нашла крошечного котенка в канаве возле нашего дома. Я назвала его Звездой и несколько недель нянчилась с ним в своей комнате. Под моей опекой он окреп, радуя нас с Милой своим озорным характером, пока Пахан не обнаружил его и не утопил на моих глазах.
Ни за что Нудл не приблизится к нему.
Выражение лица Маттео было расслабленным и бесстрастным, когда он приветствовал наших гостей.
