Егор Смирнов: каникулы в СССР. Том 1

Отрезав примерно грамм двести на глаз, она завернула получившийся кусочек в оберточную бумагу и водрузила на широкую площадку больших синих весов «Тюмень», на которых, словно на часах, большая стрелка показывала вес товара. Деления там были только до килограмма. И если вес товара получался больше, то в этом случае на другую площадку весов, которая была поменьше, ставили гири, чтобы компенсировать избыток веса.

Для моего кусочка масла гири не понадобились. Продавщица взяла маленький клочок бумажки, что-то на нем быстро написала и подала мне.

Я сначала не понял, что это такое, но, благо, вовремя вспомнил и забрал из ее рук эту бумажку. В нашем магазине на ней всегда писали вид и стоимость весового товара. На моей было написано: «Масло, 75 коп».

— А вы бутылки молочные сегодня принимаете? — вдруг встрепенулся я, укладывая масло в авоську.

Продавщица заглянула под прилавок и тихо произнесла:

— Давай. Как раз в ящике еще одно место осталось.

И Зина, забрав у меня пустую бутылку, выписала мне еще одну бумажку, по которой я получал кефир всего за пятнадцать копеек.

Красота! Я погрузил бутылку с зеленой крышкой в авоську и довольный пошел к кассе, которая располагалась прямо у выхода из магазина.

Кассир осмотрела содержимое моей сумки, забрала бумажки и, произведя быстрый подсчет общей суммы товаров на больших счетах, приколола уже ненужные листочки с ценами на специальную спицу, торчащую из круглой подставки, где уже находилась внушительная стопка таких же бумажек.

— Рубль, одиннадцать, — быстро произнесла кассир и приветливо мне улыбнулась.

Я достал из кармана бумажный рубль и двадцатикопеечную монетку и положил в зеленое пластмассовое блюдечко, намертво прикрученное шурупом к рабочему месту кассира. Она быстро пробила чек, касса открылась и мне выдали девять копеек сдачи. После этого кассир зачем-то надорвала чек и отдала его мне. Я закинул его в авоську и вполне довольный собой вышел из магазина.

На улице меня поджидал тот самый мужчина, который до этого покупал в магазине водку, а потом подал за меня голос.

— Пойдем быстрее, Егорка, — торопливо сказал он, — а то там без меня весь праздник кончится, — и он указал головой куда-то через дорогу.

Я поглядел в том направлении и увидел, что там, в окружении березок, приютился пивной ларек, рядом с которым в небольшой асфальтовый пятачок было вмонтировано два круглых столика. У одного из них и расположилась теперь уже шумная компания мужиков, которые только что были в магазине.