Эра негодяев

Никто из нас не бахвалился бесстрашием, никто из нас не мечтал 'с честью погибнуть в бою' — мы просто были готовы отдать своей Родине свою жизнь; экая малость!

Мы были солдатами — наверное, далеко не самыми худшими в этом лучшем из миров; едва научившись ходить, наши мальчишки начинали играть 'в войну', и игрушечное оружие сопровождало наше взросление от колыбели вплоть до того мгновения, когда в наших руках оказывалось оружие боевое. Мы становились солдатами, еще не став по-настоящему взрослыми мужчинами — Родина позволяла нам убивать в бою врагов, в то же время не разрешая нам приложится губами к бокалу легкого вина; уж такие у нас были нравы и обычаи!

Мы были солдатами — ибо таково было положение вещей в нашем мире; тот, кто не был солдатом — не был по-настоящему человеком, и окружающие недоуменно-подозрительно смотрели вслед тому, кто был лишен права вступить на стезю воина, кому было отказано в возможности взять в руки оружие.

Вся наша страна готовилась к решающей, Последней Битве с врагом — и во имя грядущей победы в этой битве наши вожди считали возможным пренебречь жизненными условиями своего народа; последние были отвратительно жалки и ничтожны. Мы отказывали себе в излишних удовольствиях и ненужном, с точки зрения наших вождей, комфорте — зато мы с постоянством, пугающим даже наших друзей и союзников, копили горы оружия. Оно казалось нам нужнее, чем бытовые удобства и жизненные удовольствия — потому что в час Решающей Битвы всего один лишний танк, одно лишнее орудие, один лишний бомбардировщик — а может быть, даже один лишний пулемёт! — как считали наши маршалы и генералы, сможет решить ее судьбу, на ближайшее столетие определив нового Хозяина Мира.

Мы были солдатами — но Время Солдат заканчивалось; мы не знали этого, и честно и прямодушно готовились сразиться с нашим врагом в битве, которая, рано или поздно, но все же произойдет — так говорили нам ответственные лица с высоких трибун, с газетных полос, с экранов телевизоров.