Эрагон

 – И если ты будешь делать что-то неосознанно – тем более с помощью магии, – то легко можешь погибнуть, взвалив на себя непосильную ношу. – Он ловко нагнулся в седле, подхватил с земли горсть камешков, выбрал один, остальные выбросил и сказал:

– Видишь этот камешек?

– Возьми его. – Эрагон взял камень, удивленно на него глядя. Камешек был ничем не примечательный, черный, гладкий, величиной чуть больше ногтя большого пальца. – Начнем урок.

– А что я должен делать? – растерянно спросил Эрагон.

– Сейчас поймешь, – нетерпеливо отмахнулся Бром, – не торопись, я ведь затем и учу тебя.

И перестань перебивать меня, а то мы далеко не уедем. Теперь сделай вот что: постарайся мысленно поднять камешек над ладонью и как можно дольше удержать его в воздухе. Слова, которые тебе для этого понадобятся, звучат так: «Стенр рейза». Произнеси-ка.

– Хорошо. Ну, давай пробуй.

Эрагон насупился и сосредоточил свое внимание на черном камешке, тщетно пытаясь отыскать в своей душе хотя бы отзвук тех сил, что бурлили в нем вчера при встрече с ургалами.

Но сколько он ни смотрел на камень, тот оставался неподвижным. Эрагон весь взмок. «Как же мне этого добиться?» – думал он в отчаянии. В конце концов, сдаваясь, он сложил на груди руки и сердито буркнул:

– Неправда! – сердито возразил Бром. – Мне лучше знать, что ты можешь! Сражайся! Стремись к своей цели! Не сдавайся так легко! А ну-ка, попробуй снова.

Эрагон нахмурился. Закрыв глаза, он попытался отогнать все отвлекающие мысли, думая только о камне и копаясь в самых дальних закоулках своей души в поисках источника той волшебной силы.

Но обнаруживал только воспоминания. И вдруг почувствовал нечто совсем иное – нечто, похожее на опухоль, которая вроде бы являлась неотторжимой частью его самого. Он мысленно проник в эту «опухоль», пытаясь понять, что это такое, и ощутил сопротивление, уже догадываясь, что искомая сила там, по ту сторону этого барьера. Но разрушить барьер он не сумел. Начиная злиться, Эрагон всей силой своих мыслей ударил в этот барьер, точно тараном, и бил до тех пор, пока он не разлетелся вдребезги. И сразу же душу его затопило море света.

– Стенр рейза! – воскликнул Эрагон, задыхаясь.

Камешек подскочил в воздух и повис над его слабо светившейся ладонью. Эрагон изо всех сил старался удержать его в таком положении, но проснувшаяся в его душе сила вдруг ему изменила, вновь скрывшись за тем барьером, и камешек упал на ладонь. Ладонь тут же перестала светиться.