Эрагон

Нет сомнений, Двойникам могут быть известны сильные заклятия, и много таких слов древнего языка, которых не знает он, Эрагон… Но он хорошо помнил слова Брома о том, что Всадники всегда обладают бо́льшими магическими способностями, чем обычные люди. Вот только хватит ли у него сил, чтобы противостоять объединенным усилиям Двойников?

«Не тревожься, – успокоила его Сапфира. – Я тебе помогу. Нас ведь тоже двое».

Он нежно погладил ее по плечу, ему сразу стало легче. Двойники вдруг обернулись к Эрагону, и один из них сказал:

– Помнишь, Эрагон, ты обещал дать нам окончательный ответ? Станешь ли ты сотрудничать с нами?

– Нет, – ровным голосом ответил Эрагон.

Двойники промолчали, но в уголках ртов у обоих пролегли жесткие складки. Затем они, стоя лицом к Эрагону, начертили на земле большую пентаграмму, встали в центре и заявили:

– Начинаем испытание. Тебе нужно просто выполнять задания, которые мы тебе предложим… и ничего больше.

Один из Двойников достал из-под мантии гладкий камень размером с кулак Эрагона и, положив его на землю, велел:

– Подними этот камень до уровня глаз!

«Ну, это нетрудно», – сказал Эрагон Сапфире и скомандовал камню: «Стенр рейза!»

Камень вздрогнул, мягко поднялся над землей, но вдруг остановился, точно наткнувшись на неожиданное препятствие.

Губы Двойников искривились в усмешке. Эрагон сердито посмотрел на них: да ведь они пытаются ему помешать! Если он сейчас истратит все силы на дурацкую борьбу с ними, то не сможет выполнить более сложные задания. А ведь они явно уверены, что сообща легко смогут его измотать. «Но я-то тоже не один», – сказал себе Эрагон.

Их мысленные усилия слились, и камень рывком поднялся на уровень глаз и повис в воздухе. Двойники злобно прищурились.

– Очень… хорошо! – прошипели они. (Эрагон заметил, что Фредрика явно тревожат подобные испытания магических способностей Всадника.) – А теперь заставь камень описать круг.

И опять Эрагону пришлось преодолевать их сопротивление, и опять – к их явному неудовольствию – он с этим справился. Задания становились все сложнее, и вскоре Эрагону пришлось очень тщательно обдумывать, какими словами древнего языка следует воспользоваться. И всякий раз Двойники оказывали ему яростное противодействие, хотя на их лицах не было и следа напряжения или усталости.

Эрагон держался только благодаря поддержке Сапфиры.