Если бы меня спросили снова

Она винила себя, что всё испортила: вместо того, чтобы помирить, разверзла между отцом и Вадимом пропасть ещё на целых семь лет. А ещё испытывала дискомфорт оттого, что они уже давно не играли в игру «пусть все думают, что ты мне чертовски нравишься», а его долгие пристальные взгляды никуда не делись.

Нет, он по-прежнему не позволял себе ничего лишнего. Не раздевал глазами, не смотрел, куда не следует, не обнимал, не касался, разве что нечаянно. Но именно потому, что они оба теперь испытывали неловкость, когда их руки случайно соприкасались, это и становилось таким мучительным.

«Или чёртова Вероника всё выдумала», — сунула Ирка в рот мятную карамельку.

Разговор с бывшей женой Вадима перед её отъездом посеял в Ирке сомнения.

Чёрт побери, она три месяца назад похоронила мужа, сегодня узнала, что он жив, а совсем недавно поняла, что он главный человек в её жизни. Но Вадим в ней тоже был, Ирка ничего не могла с этим поделать, был в её жизни и её сердце. Как она могла думать ещё и о его отце?

Нет, нет, нет.

— Что я буду делать? — переспросила она. — А что я могу сделать?

— Зная тебя, что угодно, — усмехнулся Воскресенский. — Думаю, ты будешь его искать. Особенно теперь, когда понимаешь, что тебя, по сути, обманули.

— Борис, выключай адвоката, — скривилась Ирка. — Никто меня не обманывал.

— Да, точно. Тебя не обманывали, тебе вероломно лгали. И не только о том, что на самом деле он жив.

— Уволился? — Карамелька громко громыхнула о зубы, Ирка с хрустом её раскусила.

— Ушёл в запас, в отставку, не знаю, как там у них на флоте правильно называется. В общем, твой муж работал в частной военной компании, что патрулирует суда в Аденском заливе.

Ответом ему был только хруст конфеты и приподнятые брови.

— А что труп того мужика, что на тебя напал, нашли, и по делу идёт следствие, в курсе?

Да, это Ирка теперь знала. Только не знала, что Петька посвятил в это всех, кроме неё.

— Давай вернёмся к его работе. — Она догрызла и проглотила конфету. — Да, Север подавал прошение о переводе с Тихоокеанского флота на Балтийский. Хотел, чтобы мы переехали в Питер, в Кронштадт. Но я отказалась, и мы остались.

— Не ты отказалась, ему отказали. К тому же предложили должность с меньшим окладом, а ему надо было содержать семью, поэтому он принял предложение работать на корабле конвоя — сопровождать суда для защиты от пиратов.