Если бы меня спросили снова

— Что ты имеешь в виду? — спросил Воскресенский, не обернувшись и не вытащив руки из карманов.

— Когда-то я был готов на что угодно, лишь бы быть частью её жизни, — усмехнулся Север. — Терпеть тебя в её постели, слушать, какой ты замечательный, ждать, когда ты её разочаруешь. А теперь ты готов на что угодно. Сменил Москву на наше захолустье, смиренно терпишь, как я тискаю женщину твоей мечты, представляешь, что мы вытворяем в спальне, скрипишь зубами, не смея к ней прикоснуться. Но всё это ерунда, правда, Вадик? Лишь бы она была рядом.

— Жизнь долгая, — ледяным голосом ответил Вадим. — И ты однажды перестанешь делать вид, что она вышла за тебя не с отчаяния, а по любви. И ты однажды оступишься, Север.

Петьку это словно развеселило ещё больше. Он уселся задницей на перила. Стряхнул пепел в цветочный горшок (засранец, не видела его мама).

— Нет, Вадик, я не собираюсь облегчать тебе задачу. Я не ты. Я не оступлюсь. Не дам ей повод. Она моя. И будет моей, пока я жив.

Мама вывела Андрея. Петька шутливо с ним побуцкался, тот радостно его победил…

Как причудливо складывается жизнь.

И в другой реальности, наверное, Ирка могла бы выйти замуж за Воскресенского-старшего.

Но в этой реальности у него зазвонил телефон, и красивый женский голос с нежностью спросил:

— Тебе сегодня ждать?

Борис Викторович посмотрел на Ирку.

— Нет. Я обещал опустить няню пораньше. Сегодня я домой.

— Тогда до завтра? — спросил голос с надеждой.

— Созвонимся, — ответил он и отключился.

— Спишь с ней? — улыбнулась Ирка и… вдруг очнулась.

Очнулась и с безжалостной ясностью поняла, что, когда восемь лет назад он говорил своей жене: «Я встретил другую женщину. Она молодая, красивая, умная, смелая. Она словно глоток свежего воздуха. Как же давно я не чувствовал того, что чувствую рядом с ней. Ты дала мне силы выжить, но она — силы жить дальше», он ни единой буквой не лгал.

Это была вовсе не игра — чистая правда.

И когда Вероника, уже бывшая жена Вадима выкрикивала ей в лицо: «Ты проклятье, Ирина! Злое проклятье. Отрава. Порча. Ты врёшь мужу. Ты разрушила Вадима. Ты отравила жизнь Борису», тоже была права.

Тогда Ирка удивилась:

— А Борис-то здесь при чём?

Вероника всплеснула руками:

— Господи, да не надо строить из себя наивную девочку, которая ничего не замечает.