Если бы меня спросили снова

Натолкнула её на эту мысль Аврора.

— Мы тут ездили на Соловки, — сказала она. — И я заказала в мужском монастыре молитву за тебя.

— Нет, я, конечно, мечтала, чтобы мужики на меня молились, — усмехнулась Ирка, — но представляла себе это как-то иначе.

А потом поняла, что хочет сходить в тот самый разрушенный Кафедральный собор.

Её доблестная невозмутимая охрана, которая ходила за ней пятью тенями, беспардонно останавливала автоматами движение, если ей требовалось перейти дорогу, а однажды просто выпустила очередь в воздух, когда водители тук-туков зажали пикап и не хотели пропускать, отвезла её и в собор.

Сначала они, как обычно, пробежались впереди, везде заглянули, всё проверили, отогнали каких-то зевак, а потом только разрешили войти.

Трудно сказать, то, что осталось от храма — это много или мало.

С одной стороны, уцелел интерьер: и стены, и пол, и длинный зал, и сводчатые арки, и замысловатые портики на колоннах, и даже все до одной колонны были целы. С другой, у храма не было крыши, из-за стен заглядывали внутрь любопытные пальмы, отчего, казалось, что это не собор, а типичный итальянский дворик.

В целом веяло спокойствием и сыростью. Ирка сделала несколько шагов и прогнала охрану.

Хотелось побыть одной. Постоять, подумать.

Ничего просить она не хотела, да и не имела права. Но христианская святыня в чужой мусульманской стране, собор, даже разрушенный — всё же сакральное место, а ей нужна любая помощь и вся удача, какую только можно пожелать, особенно сейчас.

Распятого Христа застреляли из автомата, но Христос висел, собор стоял, Ирка тоже не сдалась, поэтому чувствовала себя немножко вправе, хотя бы поблагодарить.

— Спасибо! — сказала она тихо.

Спасибо, что ей сказали про Кейсаней. Спасибо, что не забрали Вадима. Спасибо, что познакомили с чудесными сомалийскими детьми. Спасибо, что даже среди нищеты, голода и бед есть место доброте, помощи и состраданию.

Она развернулась, чтобы уйти, и замерла. Прямо напротив неё посреди зала сидела змея.

Большая змея. Скорее тёмно-зелёная, чем чёрная.

— Нет! — крикнула Ирка, когда один из её автоматчиков наставил на змею дуло. — Нет.

Змея смерила её взглядом и не торопясь поползла в тень.

Вы когда-нибудь видели побледневшего негра?

Ирка тоже думала, что это оксюморон. Оказалось, нет. Её телохранитель, что едва не выстрелил в змею, обливался ледяным потом и шептал побелевшими губами:

— Мамба.