Эволюция «Андромеды»

Журналы компьютерного интерфейса Софи Клайн никуда не исчезли, однако те оказались слишком сложны, чтобы детально воссоздать деятельность «Робонавта».

Тем не менее, благодаря предприимчивости двух других астронавтов на борту МКС, последующие несколько мгновений все-таки удалось запечатлеть на портативное видеоустройство. Несколько часов находясь в плену служебного модуля «Звезда», Юрий Комаров и Джин Хаманака оказались невольными свидетелями происходящего.

Джин Хаманака плавала перед самым большим иллюминатором служебного модуля – обращенным к Земле шестнадцатидюймовым окном.

Аккуратная женщина-космонавт всегда убирала темные волосы в тугой высокий хвост. Среди коллег была известна тем, что любила от души посмеяться. Вот только теперь Джин не смеялась. Старательно она продолжала мигать лазерной указкой, передавая на Землю сигнал SOS. К ее огорчению, луч уже заметно потускнел, но что еще тревожнее – Земля неумолимо отдалялась. МКС продолжала ускоряться и набирать высоту.

Коренастый и бородатый космонавт Юрий Комаров находился на другой стороне модуля возле частично разобранной стенной панели.

Последние несколько часов он, не жалея сил, пытался собрать из извлеченных частей переговорное устройство. Однако попытки его успехом не увенчались.

В качестве меры предосторожности оба коллеги переоделись в аварийно-спасательную форму. И Комаров, и Хаманака понимали, что в данной ситуации не исключалось развитие самых страшных сценариев. Вероятно, было бы быстрее отступить на «Союз» и попытаться совершить аварийный спуск, но риск казался слишком высоким.

Выжить при таком раскладе вряд ли удастся.

По этой причине Комаров запустил личную камеру GoPro и отправил ее в свободное плавание. Оставалась надежда, что в худшем из сценариев, по крайней мере, останется запись.

– Прекращай, Джин, – обратился Комаров через плечо, морщась при каждом нажатии на кнопку указки. – Они знают, что мы в беде. Глянь-ка, как далеко мы теперь от дома.

Хаманака, казалось, не слышала.

Спустя тридцать секунд повторяющихся щелчков Комаров раздраженно поднял голову.

Но только открыл рот, чтобы заговорить, как вдруг внезапный удар поразил модуль. Все системы МКС дернулись; солнечные панели задрожали, как огромные крылья.

Рот Комарова вмиг сомкнулся.

Схватив крошечную камеру, Юрий направился к Хаманаке.

– Что это было, Джин? Что там происходит?

Хаманака повернулась от окна. Ее лицо стало бледным; губы дрожали. И тогда она прижала ладонь к губам.

– Джин? – снова обратился Комаров.