Как нарочито, вышел в затрапезной одежде, в руке обглоданная кость с остатками мяса.
Не глядя, швырнул ее псам, смерил Фарамунда недружелюбным взглядом:
— И что тебе здесь надо?.. Вспомнил, что не закончил чистить конюшню?
Фарамунд ощутил, как тяжелая кровь прихлынула к шее, поднялась и окрасила лицо, ударила в голову:
— Свен, не забывайся!
— Ты о чем? — спросил Свен насмешливо.
— Иначе я напомню тебе, зачем ты послал со мной Теддика, — предостерег Фарамунд.
Лицо Свена чуть дернулось, в глазах вроде бы мелькнул страх, но в следующее мгновение он надменно выпятил нижнюю челюсть:
— Зачем?
— Он сказал, что ты велел ему убить меня, — четко ответил Фарамунд.
— Ножом. В спину!
Свен дернулся, с губ сорвалось злобное:
— Чертов ублюдок!
— Он не предал тебя, Свен, — сказал Фарамунд горько. — Он был верен тебе до конца. Но он умер.
— Его убил ты?
— Неважно. Главное, теперь я свободен от клятвы верности тебе. И моя клятва, когда я обещал не поднимать на тебя оружия, которое ты мне дал, ныне недействительна.
Ты все понял?
Он смотрел на Свена с холодной свирепостью. Свен отступил на шаг. Мужчины за его спиной взялись за рукояти мечей. Слышно было, как хлопнула дверь, кто-то вышел из дома, расталкивая вооруженных людей. Это был Тревор, похожий на взъерошенного вепря. Прикрыв глаза, взглянул на Фарамунда. На его лице отразилось колебание, все-таки совсем недавно он советовал перерезать ему горло.
— До нас дошли слухи, — сказал он, — что с крепостью Лаурса что-то...
— Что-то? — удивился Фарамунд.
— Я бы так не сказал. Просто крепость поменяла хозяина. Теперь она моя.
Словно холодный ветер пронесся через двор, мгновенно стер улыбки и ухмылки. Фарамунд с высоты седла оглядывал крепость, разом замечая, кто где стоит, сколько оружия,
Тревор спросил:
— Это все люди, что у тебя остались?
Фарамунд усмехнулся:
— Лаурс защищал крепость так же, как ее защищает Свен Из Моря. Я потерял одного человека, а семеро было ранено. Еще один утонул в подвале, где разбил бочку с вином и захлебнулся. Наемники, которые служили Лаурсу, сейчас служат мне.
Правда, теперь их осталось шестьдесят четыре... Но если учесть, что было семьдесят...
Его улыбка была похожа на волчий оскал. Громыхало поигрывал огромным боевым молотом. По левую руку Фарамунд держался Вехульд, его смуглая рука щупала рукоять боевого топора, нежно гладила, словно обещала вот-вот крепко ухватить в обе ладони.
— Зачем ты приехал?"
"Фарамунд искоса посматривал наверх, стараясь уловить появление Лютеции.
