Фарфоровая жизнь

Кто-то отнял у нее дело ее отца? Что ж, так тому и быть. Она ничего не может с этим поделать, а значит, и думать об этом смысла нет. Нужно делать то, что можно каким-то образом исправить, а что можно исправить с бумагами, которые она сама же и подписала – по глупости и беспечности?

И если это означает, что она подвергнет себя опасности или даже погибнет, – значит, так тому и быть.

Когда не ощущаешь ценности жизни, на многие вещи начинаешь смотреть по-другому. Тина поймала себя на том, что она никогда не ощущала необходимости жить.

Ее научили сохранять равновесие и выживать, но, по большому счету, именно ей было на этот вопрос плевать. Между жизнью и не жизнью грань очень тонкая, изучая разные культуры, Тина поняла: смерть одного человека, равно как и миллионов, ничего не меняет в судьбе мира. Человек просто перестает быть, и тут лишь важно, что после него осталось живущим. И если не осталось ничего, то жил он зря.

– Инна, не дави на меня!

Геннадий Щелканов решил, что тот день, когда он у палаты Реутова познакомился с Инной Шатохиной, вполне можно назвать черным.

– Гена, я на тебя не давлю. – Шатохина прошлась по тесному кабинету Геннадия, сердито блестя кошачьими хищными глазами. – Просто время дорого. Что вы, гении, еще выяснили об этом неуловимом Тобольцеве?

– Кроме того, что парень когда-то просто присвоил это имя? – Геннадий хмыкнул. – Только то, что его вроде как вообще не существовало до того дня, как он объявился в компании Штерна. Ни отпечатков пальцев в базах, и программа распознавания лиц Интерпола ничего не выдала, ноль информации, зеро! И откуда он вынырнул, и что знал о нем Штерн, теперь выяснить будет сложно, на это требуется время, а ты подгоняешь меня.

– Подгоняю, потому что след остывает, Гена. – Шатохина прошлась от окна к столу и села напротив. – След остывает, а полиция ищет не того, кто такое сотворил с Дэном, а убийцу этого самозванца Тобольцева, а я теперь сомневаюсь, его ли нашли убитым в том доме.

– Зато теперь полиция знает, что за мадам убили с ним на пару.

 – Геннадий самодовольно ухмыльнулся. – Это Мила Леонтьева, жена партнера Тобольцева, сегодня официально была опознана супругом, Михаилом Леонтьевым, Олег взломан комп следователя, вот отчет.

– Забавно. – Инна пробежала глазами отчет. – Но имеет ли это значение? Нужно выяснить, кем на самом деле был Тобольцев, потому что это подозрительно: явился невесть откуда, и Штерн приблизил его, хотя дядька он был своеобразный и просто так никому не доверял.