Фея с золотыми зубами

Даже подельник Эллы был возмущен ее поведением и выдал Трубецкую, отъявленного мерзавца возмутило ее желание постоянно крутиться возле Раисы и ждать, когда та оставит «доброй гувернантке» все свое имущество.

Оля разжала побелевшие пальцы.

– Если посмеете написать такое, если…

– А кто мне запретит? – пожала я плечами. – У Варенкиных не осталось родственников, у Трубецкой тоже, прошло много времени. Писатель имеет право на любую фантазию.

– Хороша фантазия! – закричала Ольга. – Имена и фамилии подлинные! Настю взаправду убили! Вас упрекнут в клевете!

– Не смешите! Впрочем, если вы знаете что-то еще, расскажите, вероятно, я передумаю и сделаю Трубецкую положительной героиней.

Губы Оли непроизвольно дрогнули, она сглотнула слюну и делано равнодушным голосом спросила:

– Бизнесмен Виктор Михайлович Ласкин, – с улыбкой почти пропела я, – он незадолго до своей смерти получил посылку, в которой лежали дохлая крыса со стодолларовой ассигнацией в пасти и записка «Настя Варенкина проклинает всех крыс».

– Первый раз о нем слышу, – почти уверенно ответила Ольга.

– Кто? – на сей раз искренне удивилась цветочница.

– Еще один успешный бизнесмен, Константин Львович Ерофеев, – пояснила я, – ему тоже прислали дохлую крысу. Правда, Ерофеев до сих пор жив!

Из торгового зала раздалось треньканье дверного колокольчика, потом женский голос произнес:

– Эй, есть кто живой?

– Подождите, – попросила Оля и ушла.

Я осталась в подсобке и стала свидетельницей разговора цветочницы с посетительницей.

– Послушайте, я больше не могу с вами беседовать, надо работать, такие заказы редко поступают. Дайте честное слово, что не начнете писать книгу, пока не переговорите со мной еще раз.

Я протянула Ольге визитку:

– Звони. Жду два дня. Если ты не объявишься, роман об убийце Элле Трубецкой появится к началу лета.

Я вышла на улицу и поежилась. Заканчивается первый месяц весны, а тепла все нет, да и солнце пока не очень радует, греет слабо, зато с небес частенько льется дождь, а пару дней назад и вовсе шел снег. Набросив на голову капюшон, я дошла до машины, села за руль, вытащила из кармана мобильный и увидела на экране сообщение о двенадцати пропущенных вызовах. Номер был один и тот же, абсолютно мне незнакомый, он начинался с цифры «1», и у меня заныло под ложечкой.