Что же делать? Нужно ведь его позвать. Нужно помочь Фэй. И как смотреть ему в глаза сейчас, когда осознание, что в её ущербности виноват именно он, разъедает душу едкой кислотой. Почему он не сказал? Хотя это глупый вопрос. Может именно поэтому он так остервенело ищет способ исцеления. А ведь это действительно похоже на правду. Достаточно лишь вспомнить, как подорвался он после её рассказа о себе, прячась в лаборатории. Нужно разобраться. Поговорить. Спросить наконец. И получить все ответы. Чего бы ей это не стоило.
— Что с тобой, девочка? — раздался позади такой знакомый голос.
Ветер бросил ей в лицо волосы, Мелора задохнулась в этом потоке воздуха, всхлипнула, обхватив себя руками. Он пришёл. Сам. Стоит так близко, что она чувствует, как его дыхание шевелит волосы на макушке.
— Скажи мне, Мелора, что с тобой? Почему тебе так больно? — осторожно, словно боясь спугнуть, на её плечи легли большие руки.
— Ты знаешь? — прошептала.
— Мы связаны. Одна жизнь на двоих, одна боль… Я всё чувствую, что с тобой происходит.
— А я, почему я не чувствую? — развернулась в его руках, уставилась в такие любимые голубые с молоком глаза.
— Потому что я не позволяю.
— Позволь!!!
— Тебе это не нужно, девочка. Тебе своих эмоций хватает. — он бережно убрал ладонями волосы ей с лица, да так и оставил их, держа её голову.
— Нет. Мне как раз это сейчас нужно. Я хочу знать, что ты чувствуешь Стэфан Ассавирг Тибус.
Он вздрогнул всем телом. Лицо посерело, глаза закрылись и руки безвольно соскользнули сначала ей на плечи, а потом по рукам вниз.
— Ты знаешь? — вернул он ей вопрос.
— Да. Всё-таки это правда. Ты…
— Да, маленькая. Я. Тот самый киерант Ассавирг Тибус. Ненавидишь меня?
— Ты чувствуешь во мне ненависть?
— Нет. Я чувствую боль. Прости за это. — подняв полные тоски глаза, он сделал шаг назад. Обречённо.
— Нет. Постой! — впервые с тех пор, как они были вместе, Мел начала чувствовать злость. Именно на него.
Внутри начинала клокотать настоящая ярость. Сжав кулаки, она шагнула следом.
— Постой, муж мой! Ты просишь моего прощения. А ты его хочешь?
— Чего? — он непонимающе нахмурился.
— Прощения? Ты хочешь моего прощения? Или тебе всё равно? Скажи мне! Потому что я не знаю что мне думать. Сердце орёт одно, разум другое, а ты ничего не делаешь. Ты отступаешь!
— Мне не всё равно. Ты единственное, что имеет для меня значение, и я бы всё отдал… и отдам, чтобы ты простила. — Стэфан застыл напротив неё, высокий, красивый, родной и чужой одновременно.
