Что в какой-то момент я сделала неправильный выбор и изменила то, что менять было нельзя."
"— Маленькая, тебе так только кажется. Мы с тобой Пара. Мы должны были быть вместе. И даже если ты больше не сможешь родить ребёнка, у нас есть Шадари. — Шэанард склонился к её губам, поцеловал нежно, словно пытался стереть тревожные мысли.
Да они Пара. Но они бы оставались Парой, даже если бы встретились снова не в её семнадцать, а в двадцать, или двадцать четыре, допустим. И она была бы совершенно другая. Более сильная, более равная ему.
А так. Действительно лишь послушная жена своего мужа. Бесполезный придаток. И ей так хотелось видеть в его глазах гордость, а не только нежность и заботу. Рисса Лэардо стала сильнейшим эмпатом-менталистом в княжестве и Айсар, глядя на неё, прямо лучился этой самой гордостью. Братья Лэардо женились на иномирянке Тоне, которая вся собой представляла столь невероятную, сложную и сильную личность, что ею восхищались не только мужья, но и все, кто был с ней знаком.
Мелора, хоть и не встретила ещё своего Единственного, но уже являлась ведущим специалистом в разработке ментальных щитов, которые теперь пыталась вплетать в артефакты. А что она? Да она неслабый эмпат и возможно могла бы этим довольствоваться. Если бы не знала, что могла иметь гораздо большее. Быть чем-то большим, чем просто жена князя.
Шэн уже вернулся за свой рабочий стол, а она всё продолжала стоять и смотреть на своего единственного ребёнка. Поднесла руку к стеклу и погладила его очертания.
Такой же красивый, как и отец. Стремительный, сильный, огненный. Её сын. Шадари. Он обязательно должен быть. Моргнула, ловя себя на странной мысли. И почувствовала под пальцами трещинку. Поскребла ногтём, не понимая, где она взялась. И вся поверхность окна внезапно пошла новыми трещинами. Испугавшись, Фэй отдёрнула руку, инстинктивно бросив взгляд во внутренний двор. Её мальчик стоял там один и смотрел прямо на нее. Просто смотрел, а у неё от предчувствия потери горло перехватило.
— Шади!!! — закричала она и стекло разделяющее их осыпалось мелкими осколками, больно жалящими кожу, превращаясь в серый пепел, не долетая до пола.
— Что случилось, Фэй? — послышался сзади голос Шэна и она обернулась к нему, собираясь сказать что-то, да так и застыла, чувствуя, как замирает болезненно сердце.
Её любимый муж шёл к ней, а вокруг всё осыпалось пеплом. Растаяли стол и кресла, подёрнулись серостью стены, начав оползать грудой золы.
