Гадюка в сиропе

Пока Володя и Митрофанов объяснялись с Лизой, мужик плюхнул меня в коридоре на пол на бок и довольно долго укладывал мои руки и ноги. Потом он наклеил на мой висок «рану», открыл пакет с чем-то красным и щедро полил часть моей головы, плечо и пол. По запаху я сразу поняла, что клейкая жидкость – настоящая кровь, и невольно дернулась.

– Лежи тихо, – велел мужик, – рот приоткрой и глазами не очень мигай. Свет в коридоре я потушу, пусть полумрак будет. Смотри не чихай и помни: ты – труп.

Потом послышался голос Лизы:

– Ой, жуть какая!

– Собаку с кошкой запри в гостиной, – велел Володя, – ну, давай, роль хорошо выучила, не подведешь?

– Что я, лохушка сраная? – обозлилась Лиза.

 – Без базара, по понятиям, авторитетно сварганю.

– Молоток, – одобрил Костин, – начинай, в натуре.

– А-а-а, – словно пожарная сирена завыла Лиза, кидаясь на лестничную клетку, – спасите, помогите.

Захлопали двери, послышались чужие голоса, топот, кто-то вскрикнул, потом взвизгнула женщина. Лиза орала как ненормальная:

– Убили, убили, застрелили, насмерть убили…

– Попрошу всех разойтись, – раздался суровый голос Костина, – освободите место происшествия, Сеня, опроси свидетелей, девочку – в «Скорую помощь».

– А-а, – визжала Лиза, – не хочу, менты позорные, легаши долбаные, волки неумытые, дайте умереть вместе с Евлампией Андреевной! О-о-о, что теперь со мной, сиротой, будет, о-о-о!"

"На мой взгляд, она явно перебарщивала, но из толпы перепуганных соседей неслись сочувствующие вздохи и всхлипы.

Свою лепту в происходящее внесли и котенок со щенком. Запертые в гостиной, они сначала тихо поскуливали, а затем начали выть во всю мощь своих легких. Какофония стояла ужасающая. У меня отчаянно чесался правый глаз, и больше всего на свете я боялась чихнуть. Представляю, что случится тогда с соседями! Парочка настоящих трупов умерших с перепугу людей нам тогда обеспечена.

Наконец послышался лязг, дверь закрыли.

– Лампа, садись, – велел Володя.

Я немедленно повиновалась и пару раз с наслаждением чихнула.

В прихожей, кроме Костина и Митрофанова, стояли еще двое крепких парней в синих комбинезонах.

– Давай, Лампец! – приказал Костин. – Полезай!

– Куда?

– В мешочек, – ласково сообщил один из юношей, ловко расстилая огромный черный пластиковый пакет.

– Зачем?

– А как мы тебя отсюда унесем? – вскипел Митрофанов.

– Трупу положено быть в упаковке, – философски заметил другой юноша. – Лезьте, лезьте, в лучшем в виде доставим.