Гадости для радости ...и по работе

Я стояла позади ее кресла, смотрела в макушку Оксаны Ивашуры, и говорила:

— Вам было больно. А вдвойне сокрушительным этот удар был оттого, что вы считали, что между вами и Андреем Теплеевым — дружба. Как минимум, дружба. А он даже о своей свадьбе сообщил вам, как всем. Потом была свадьба Теплеевых, медовый месяц, радостные фото — вся та “счастливая семейная жизнь”, о которой вы мечтали. И вам снова было больно. Вы листали их соцсети, рассматривали совместные фото — те самые, что причиняли вам боль, и не могли остановиться.

Это снова был цикл: ненависть заставляла вас смотреть на счастье соперницы, а боль от этих картин углубляла ненависть… Вы решили, что не все потеряно. Вы рассчитывали, раз вы с Андреем друзья, вы будете рядом. И сможете его увести. А Андрей внезапно от вас отвернулся. Вы тогда даже не поняли почему. Решили, что это она, ваша соперница, хоть и не могла ни о чем догадаться, начала превентивно избавляться от возможных конкуренток, запретила мужу общаться с другими женщинами… А на самом деле, Оксана, вы стали исподволь проходиться по его жене — и Андрею просто не нравилось это слушать. Он ограничил общение, потом оно сошло на “нет”, а потом Андрей и вовсе сменил работу.

Вдох-выдох. Дышать тяжело, и говорить тоже тяжело — но мне надо дорассказать эту историю. Не то чтобы кто-то из нас хотел ее слышать.

— Вы уволились вскоре вслед за ним. Перешли на работу из дома. Отдалились от друзей.

Оборвали связи с бывшими коллегами. Вы не оставили себе ничего, кроме ненависти к женщине, которая украла у вас любимого. Вашу счастливую жизнь. Вы следили за ее жизнью в соцсетях, и неистово мечтали, чтобы у нее тоже не срослось, чтобы сопернице было плохо также, как вам самой. Мечтали, желали, визуализировали, и в этих визуализациях получали временное облегчение. И из этой неистовой ненависти и пожеланий, из вашей боли и из краткосрочного удовольствия, когда они сбывались в ваших фантазиях, проклятье и сплелось.

Оксана вскочила с кресла и стояла теперь между нами, так, чтобы видеть обоих, но обоих сразу — не получилось, и она ловила нас поочередно взглядами. Белая, как полотно, с лицом, искаженным ненавистью, страхом и болью.

— Убирайтесь немедленно! Я не знаю, как вы раскопали эту историю, но… но.. вы мошенники! Вы аферисты, и я сдам вас в полицию! — Кричала она ломким, прерывающимся голосом.