Гений, или История любви

— Ингрид, отстань от Элизы, — вступился Леший, который поначалу тоже с некоторым сомнением отнесся к новой клавишнице, что вполне объяснимо, ведь он был по самую шейку накачан мнением Ингрид, а уж оно не было объективным. Только потом, через пару недель, Леший с удивлением отметил, что Соня играет скорее хорошо, чем плохо, и уж точно лучше, чем это делал Сашка, а проблем от нее вообще никаких.

— Да я и не пристаю! — возразила она. — Очень надо. Мне просто интересно. Может, ты, Володя, знаешь? Раз уж ты нам ее преподнес.

Может, ты нам хоть что-то о ней расскажешь?

— Нет, ну правда. Может, она мечтала о большом будущем классической пианистки? Может, мы ей тут мечту разрушаем. Все-таки она у нас здесь только на вторых ролях. Или даже на третьих!

— Ты так ставишь вопрос? — вдруг раздался голос из-за двери. Потом в кухню зашел Готье, озадаченно посмотрел на Ингрид, потом на Соню и спросил громко: — Элиза, скажи, мы не разрушаем твою мечту?

— Нет, — замотала головой Соня и отвела взгляд. Дело в том, что мечты-то у нее вообще никакой такой не было.

А музыка… Соня очень комфортно почувствовала себя, глядя на все происходящее из-за клавиш. Делать то, что говорят, играть так и то, что хочет Готье, — это было так привычно, что казалось почти по-домашнему уютным. И тут было интересно. Тут бушевали страсти.

Соне совершенно не хотелось существовать в этом мире на первых ролях. Не в этом счастье — быть на первых ролях, и по той же самой Ингрид Соня это видела прекрасно. Стоя у руля этого ненормального корабля, Ингрид имела, как говорится, всю полноту власти, но на Готье эта власть не распространялась.

Ингрид была в этой студии самым несчастным человеком из всех. «Самым несчастным и полным самых больших страхов из всех нас», — так написала Соня в своем дневнике.

— Значит, ты вполне довольна тем, что ты работаешь с нами? — продолжил допрос Готье.

— Да, — кивнула Соня. Это было правдой.

— А ты поедешь с нами, Элиза? Мы собираемся в Пермь, на фестиваль. Двадцатого июня мы будем его закрывать.

Поедешь?

Соня помедлила. Проблема открылась ей со всей очевидностью. Путевка в лагерь на море, солнце, воздух, вода и прочие оздоровительные радости должны были начаться пятнадцатого. И как объяснить родителям и бабушке, что ехать туда она не хочет, а хочет в Пермь на фестиваль.

— Элиза? Ты только кивни, и все. — Готье присел на корточки и посмотрел Соне в глаза. — Ну, поедешь с нами? Со мной поедешь?

— Готье, не дави на нее, — вскочила Ингрид.