Герцогиня-дурнушка

– Ваш сыщик с Боу-стрит ошибся, – повторил Джеймс, когда Тео уже готова была пойти в детскую. – У меня нет детей. Вообще.

– В самом деле? – холодно спросила Тео. – Ты в этом уверен? Должна ли я поверить, что ты побеспокоился справиться обо мне через девять месяцев после отъезда из Англии?

– Я послал человека, чтобы он выяснил это.

– Жаль, что ты не попросил этого человека сообщить герцогу, что ты цел и невредим. – Перед смертью Ашбрук постоянно думал о сыне, но этого Тео не сказала бы даже в сильнейшем гневе – это было бы слишком жестоко.

– Отец не казался мне старым. Как ни глупо, я даже представить себе не мог, что он умрет, прежде чем нам удастся помириться. Об этом я глубоко сожалею, как и о многом другом, – сказал Джеймс без всякого выражения. – По правде говоря, именно известие о его смерти превратило меня из Графа в Джека Ястреба.

Тео ждала продолжения, но муж умолк. Очевидно, он не считал своим долгом объяснять ей что-либо. Не сказав больше ни слова, она вышла из комнаты и поднялась наверх.

Полчаса спустя, лежа в своей ванне, Тео придумала очевидный выход из этого невообразимого поворота событий.

– Мне нужен Бойторн! – воскликнула она.

– Прошу прощения, ваша светлость… – откликнулась Амелия, складывавшая в гардеробной чулки.

– Пожалуйста, попроси Мейдрона послать за моим поверенным мистером Бойторном, – сказала Тео, вставая. – Я бы хотела, чтобы он утром первым делом зашел ко мне. – Конечно, вполне возможно расторгнуть брачный союз, если супруг вернулся после многолетнего отсутствия с репутацией головореза, отправлявшего людей за борт.

Тео была совершенно уверена, что ее аргументы перевесят. Принц-регент сам расторгнет их брак, если этого никто больше не сделает. Он же сделал подобное для жены лорда Фернгаста, после того как тот примкнул к секте «Семья любви» и потребовал, чтобы она делила постель со всеми подряд.

Лондон, возможно, временно ослеплен столь неожиданным возвращением герцога Ашбрука, но всем известно, что происходит с пойманными пиратами. Их вешают.

Внезапно дверь распахнулась, и Амелия с визгом к ней повернулась. Тео повернулась к двери медленнее. Повернулась как была, обнаженная и мокрая.

Огромная до абсурда фигура Джеймса заполнила весь дверной проем, и он молча окинул жену взглядом.