Тренера подобрала восторженного, если их мячи приземлялись хотя бы в метре от границ корта, обязательно кричал: «Great!»[26] Да еще скидку дала, когда Геныч вскользь упомянул, что с деньгами у них не очень.
— Давай позовем ее кофе попить, — предложил он Кузьме.
— Зачем? — изумился друг.
— Стратегия! Чтоб еще больше бонусов нам давала!
Кузя насупился, но перечить не стал. Когда встретились в кафешке на берегу океана, поначалу хмурился, смотрел в стол. Гена тоже слегка побаивался, что девушка с нормальной ориентацией начнет — как Маруся — глазеть в упор.
Отпускать глупые шуточки. Задавать дурацкие вопросы. Но администратор (старомодное имя Арина ей очень шло) держалась будто заправская хозяйка светского салона. Изящно вела беседу, задавала вопросы и смотрела на них словно на лучших друзей и свою единственную опору. Геныч даже не выдержал, спросил:
— Ты на психолога, что ли, училась?
— Почему ты решил? — удивилась она.
— Тебе прямо довериться хочется, выложить все, что ни спросишь.
Кузьма вдруг вскинул голову, поддержал:
— Остальные-то с нами словно со зверюшками разговаривают.
Арина усмехнулась:
— А я сама очень долго зверюшкой была. Дикой. Жили вдвоем с мамой. Ни друзей, ни мужчины. На работе — ни с кем не общалась. Даже в магазины не ходила.
— Почему?
— Там продавцы, кассиры. Со всеми разговаривать надо. А я боялась.
— И как ты смогла стать администратором? — удивился Геныч.
— Сначала тряслась. Плакать бегала в туалет. Все путала. А потом привыкла.
Произнесла спокойно, но лицо стало жестким.
«Сразу видно, жизнь потрепала», — понял Гена. Но выспрашивать детали не стал. Что ему до какой-то девчонки, враждебного пола?
— А я ей завидую даже, — признался Кузьма, когда расстались.
Геныч обнял друга, взглянул в его бездонные глаза:
— Райская птица завидует воробью?
Кузя взмахнул ресницами:
— Что толку от внешности? Все равно сортиры драю. А крокодилина — клубом теннисным управляет.
— Не переживай, — твердо произнес Геныч. — Сортиры — это временно. Ты тоже будешь управлять собственным делом.
Но только что он мог предпринять? Университеты сыпали отказами или предлагали учиться за деньги. В лотерее грин-карт не повезло. И даже океан, который из России казался несбыточной мечтой, — начинал надоедать."
"Чтобы еще как-то разнообразить бытие, Гена придумал купаться ночью. Осторожные американцы на подобный аттракцион решались редко, и с наступлением темноты пляжи пустели. Можно было брести в обнимку и воображать, будто они одни в целой вселенной.
