Главные вопросы жизни. Универсальные правила

Но вмешалась в это дело политика… И поколения стали формироваться не только родителями — «бабка за дедку», «Жучка за внучку», — но и историческими обстоятельствами. Стали мы, как общество, трескаться поперек самих себя.

О том, почему мы, зачастую, на ровном месте не пониманием друг друга, и рассказывает эта глава…

Мы — это то, во что мы верим

Для жизни в воде животному необходимы жабры, плавники, определенная конструкция позвоночника, обтекаемая форма тела, чешуя и так далее. И, приспосабливаясь к этой среде обитания, эволюционные предки нынешних рыб формировали у себя эти самые жабры, плавники и прочие необходимые для жизни в воде органы и структуры тела.

Формировали и сформировали. Но теперь рыбы, как бы они того ни хотели, не могут жить на суше. А млекопитающим, которые по земле бегают, будет, в свою очередь, плохо на дне морском. Причина та же — они для другой среды обитания формировались, под другие условия жизни «заточены».

Ведь что такое эта психологическая (психосоциальная) среда обитания?

То, что мы всех слушаем и никому не верим, то, что мы все понимаем и ничему не удивляемся, — это не случайность, это наш нынешний формат отношений с информацией.

Она девальвировалась, лишилась внутренней структуры, единой, интегрирующей ее логики. Мы живем в информационном хаосе — не прислушиваясь, не вникая, не интересуясь по-настоящему, не озадачиваясь, не вопрошая, не анализируя. Мы жуем информацию, совершенно не ощущая ее вкуса, то есть — смысла.

Вера запечатляется в психике человека по механизму импринтинга. То есть истинно, беззаветно и безотчетно уверовать можно лишь однажды, а дальше — один раз разуверишься, и уже начинаются всякие интеллектуальные спекуляции, то есть — умом понимаешь, а сердцем — нет, принять до конца не можешь. То есть вроде бы и веришь, а вроде бы и не веришь.

Раньше, в СССР, мы искренне и истинно верили. У нас был «Бог», самый настоящий, со всеми чертами и атрибутами. Звали его — Владимир Ильич Ленин.

Как сейчас помню, в гимне нахимовцев (когда я был этим самым нахимовцем) так и значилось: «Вперед мы идем, с пути не свернем, потому что мы Ленина имя… в сердцах своих… несем!» Трам-пам-пам! И разумеется, это не только нахимовцев касалось. И были, кстати сказать, у этого нашего секуляризированного «Бога» свои «апостолы» — большевики, чьими именами назывались города (Свердловск, Куйбышев, Калинин, Фрунзе, Горький и т. д.