Год нашей любви

– Ну что, тут какие-то проблемы? – спросил я, изо всех сил стараясь не улыбаться.

Кори покрутила головой и увидела в дверном проеме меня, опирающегося на костыли.

– Потому что с тобой нет никого старше восемнадцати, чтобы сопроводить с территории больницы?

Я проковылял в комнату.

У нее от удивления вытянулось лицо.

– Я виделся с Даной после обеда, она сказала, что ты здесь, вот я и подумал, что такое может случиться. А еще Бриджер забирал меня после операции на колене. Почему ты не позвонила?

На ее лице отразилось какое-то не до конца понятное мне чувство.

– Потому что от Макгеррина долго идти на костылях.

– Было не так уж и плохо. Пойдем отсюда. Ты что, не попросила их удалить капельницу?

Выражение ее лица теперь говорило о неотвратимом взрыве.

– ВСЕГО-ТО ДЕСЯТЬ РАЗ!

Я взял ее руки в свои.

– Подойди сюда, пожалуйста.

– Что такое? – Я начал движение в ее сторону.

Она выставила левую руку.

– Прижми трубку капельницы.

– Чтобы я вынула иглу, Хартли. И переоделась. И ушла отсюда. И продолжила жить дальше.

– Ты нечто, Каллахан.

– Зажми здесь, – проинструктировала она.

Пытаясь не замечать, что трубка протыкает ее кожу, я зажал ее большим пальцем. Кори отклеила липкую ленту.

– Все, можно отпускать. Спасибо, – сказала она.

Не успел я отвернуться, как она резким движением вынула из-под кожи маленький катетер. Омерзительно.

– Теперь у тебя кровь идет из запястья. Может, это, ну… опасно?

Она с подозрением уставилась на меня:

– Серьезно, Хартли, ты такой слабонервный?

Я повернулся и взял со стола салфетку, стараясь смотреть прямо в стену.

– Ничего себе. Несокрушимая звезда хоккея падает в обморок при виде крови. – Она усмехалась, промокая кровь салфеткой.

– Эй, я не падал в обморок с пятого класса!

Она начала смеяться уже в полный голос:

– Что же ты делал после своей операции? Разве не было окровавленных бинтов?

Были, и это не самое приятное зрелище.

– Я сам их менял, с полузакрытыми глазами.

Каллахан снова смеялась, а значит, я не зря себя скомпрометировал.

– Что, посмотреть нельзя? Да я ради тебя смотрел на кровь! – посмеиваясь, я отвернулся к стене.

Я слышал, как она борется с одеждой.

– И не говори, сестренка.

– Я закончила, – сообщила Кори.

В палату вошла медсестра с неестественно рыжими волосами.

Кори тут же взвилась.

Кори объехала вокруг изножья кровати и уперлась в медсестру. Испуганная женщина неуклюже освободила проход, и Кори умчалась в коридор. Шины на колесах ее кресла едва не завизжали.