Год полнолуний

А люди тут вымерли, что ли?

Создатель неторопливо добрёл до сторожевой башни, постучал ногой по забору рядом с ней:

— Эй, наверху! Ты меня слышишь?

— Чего орёшь? — беззлобно поинтересовался в ответ упитанный, розовощёкий парень, вышедший на крыльцо из дома за забором.

— Я ищу Дьявола, — повернулся к нему Олег. — Он здесь не проезжал?

— Кого-кого ты ищешь? — громогласно расхохотался толстяк. — А болотного-водяного тебе не надо?

Создатель положил руку на рукоять меча. Стой парень ближе — изрубил бы насмешника в мелкую капусту.

Но гнев погас так же быстро, как и вспыхнул, а изрубленный туземец вряд ли смог бы рассказать хоть что-нибудь полезное.

— Тут дед говорит, ещё и Создатель на нашу землю спустился, — продолжал веселиться парень, — может, он для тебя сойдёт?!

— В поле, где ещё ему быть? — Парень широко зевнул и сладко потянулся. — Все разбрелись, одни мы с Егором распутье сторожим. От хабреков. — И он громко заорал: — Как там?!

— А? — откликнулись с вышки.

— Глухая тетеря, — махнул рукой парень.

 — Ты жрать-то хочешь, охотник на Дьявола? Заходи, чего на солнцах париться?

Олег вошёл в дом, с удовольствием сполоснулся чуть прохладной водой из рукомойника, но от еды, естественно, отказался.

— Торчим тут, как дураки, круглые сутки, — словоохотливо жаловался парень. — И в жару, и в дождь, и днём, и ночью тоже выглядываем. Все люди как люди: гуляют себе, скотину там пасут, землю пашут, сено косят. Одни мы — вечно на страже, всегда с копьём… — Тут парень озабоченно закрутился, пока не увидел, наконец, тускло поблёскивающий наконечник над дверью, и удовлетворённо кивнул: — Да, и днём и ночью.

— Вы всадников не видели? — усаживаясь за стол, задал Олег более естественный вопрос. — Дня три-четыре назад?

— А куда они ехали? — Парень зацепил пальцами в миске пучок солёной капусты, переправил в рот, громко зачавкал. — Ежели на пристань, то могли внимания не обратить… Мы, во-още, за хабреками следим, шоб не шастали.

— Кто? — не понял Олег.

— Хабреки.

С гор, дикари, — парень, сморщившись, проглотил капусту, наклонился к гостю и лихорадочно зашептал: — Людоеды они, слушай. Когда человека встречают — бьют по голове, ухо и палец отрезают и едят. Нет, правду говорю! Ежели человек вкусный — с собой забирают, а ежели не нравится — то бросают, другого ищут. Вот деду повезло, не понравился. Противный он, вечно на болоте с тиной ковырялся. Так его жрать не стали. Остался без уха и без пальца на руке. Зато живой.