Год полнолуний

— Но раньше ведь такого не было? — попыталась настоять на своём Альбертовна.

— А меня обвиняли, что восковки теряю, — парировал Олег. — Не хватает, видите ли! Теперь выдаю обратно всё. Опять, что ли любимцы муз недовольны? Пусть сами литьём займутся!

С этими словами он аккуратно оттёр хозяйку за дверь и запер мастерскую.

В руках зудело — настолько не терпелось догнать Дьявола и снести его рогатую башку. Вышагивая по холодной зимней улице, Олег явственно чувствовал, как с каждым его шагом здесь — там, в тёплом, курортном мире Тысячи Солнц, предатель удаляется всё дальше и дальше от своего отдыхающего господина.

Страшнее всего казалось то, что не удастся заснуть. Он и так в последнее время спал слишком много. Однако аптеку Олег посещать не стал — в стеклянном пузырьке оставалась ещё половина таблеток. Валерьянку он проглотил перед дверью квартиры, и уже потом вошёл домой. Похлопал по спине вышедшего встречать сынишку, быстро вымыл руки. Прошёл на кухню.

Задолго до сумерек Создатель вышел к довольно крупному, по здешним понятиям, поселению. Достаточно сказать, что окружал его не просто частокол, а самая настоящая, хотя и бревенчатая, крепостная стена метров пяти высотой. Тропинка уводила в раскрытые ворота, но Олег предпочёл обогнуть селение, рассчитывая до темноты добраться до следующего.

Однако тут его ждал сюрприз: сразу за посёлком, под высокой сторожевой башней, тропа раздваивалась — от утоптанной дорожки, сворачивающей в поля, отделялась узенькая, полузаросшая, но всё же заметная тропинка. Она тянулась в сторону гор, за последние дни заметно приблизившихся.

Олег оглянулся на башню: там маячил бородатый мужик с длинным копьём.

— Эй, часовой! — окликнул его Создатель. — Здесь Дьявол не проезжал?!

— А? — не понял тот.

— Дьявол проезжал здесь?!

— Куда тропинка эта ведёт?!

Олег в сердцах сплюнул и пошёл в посёлок.

За высокими стенами было пусто. Бродили тощие куры, деловито рыл сухую пыль высокий и тёмный, с изумрудным отливом петух, кто-то где-то лениво похрюкивал — то ли проснувшаяся свинья, то ли заснувший человек. Толстый рыжий боров забрался под скамейку, срубленную из толстых досок, и вдохновенно чесал хребет.