Фёдор отошёл к печи и сел на сундук, чуть поддавшись к огню, чтобы разобрать написанное. Несколько минут юноша читал послание. Алексей закинул голову наверх, переводя дыхание.
Наконец, Фёдор кивнул, откладывая письмо подле себя.
- И что же? – вопрошал юный Басманов.
- Замолвишь словечко перед царём. И я уж тоже сослужу, чем смогу.
Фёдор кивнул, глядя, как пляшет огонь, как вздымается дух его, и вновь унимается.
- Ага… - протянул парень.
Алексей перевёл взгляд на сына.
- Чего угрюмый такой? – спросил Басман.
Фёдор поджал губы, невольно проведя по шее, а с тем перешёл до своего затылка. С уст парня сорвался глубокий вздох.
- Ох и не по сердцу мне, что творится нынче, - признался юный Басманов.
- Ты об заговоре? – угрюмо молвил Алексей, согласно кивая, - Это да… От был я малость постарше, нежели ты сейчас, от Бог Милосердный уберёг меня. Знался я с зачинщиками, бзыри чёртовы. Не сразу я смекнул, что дело их – дрянное, гиблое. Тут быстро надо разобраться, кто друг тебе, кто враг, и уж того держаться.
От нынче же – они в сырой земле спят, а я он – при дворе как сыр в масле. Ну, что нынче прошлое ворошить… Да и что же взять с ним, с крыс-то подпороговых? А скрывать неча – ох и полетят же бошки с плеч, полетят…
- То-то с этим, - молвил Фёдор, кивнув на письмо, - затягивать не надобно.
- Вот-вот, - согласно кивнул Алексей.
…
Покуда царе с опричниками стали в Новгороде, в том же светлом граде заседал и суд земской. От и ныне, уж близился поздний час, и всё боле и боле приходил народ, просить милости и заступничества.
Многие средь них уже второй, а то и третий день на морозе ждали, как придёт их черёд просить.
За порядком следил Кузьма, пресекая толкотню, брань и ругань. В отдалении же сидел Афанасий Вяземский, наблюдая за сим уж который час.
Опричники не носили нынче чёрного. По сему же Кузьма не сразу признал царского слугу из братии, притом из первого круга.
Первым порывом Кузьмы было не пускать молодого юношу без спросу да очереди в палату, да вскоре мужик остепенился, признав Фёдора Басманова.
Юноша быстро выискал Вяземского взглядом, да поступился к нему.
- Афанасий Иваныч, - Фёдор отдал короткий поклон.
- Фёдор Алексеич, - вздохнул Вяземский, потирая переносицу.
Юный Басманов сел подле князя, откинувшись назад.
- Гляжу, земские тебе уж наскучили? – спросил парень, видя, как Афанасий проводит рукой по лицу.
Вяземский кивнул.
- Афонь, а я б сменил тебя нынче, - молвил Фёдор, пожав плечами.
