Голос Ветра (СИ)

Каримыч заплатит плюс чаевые. Да, у меня, как у официантов, есть чаевые. Только им беднягам не везло, потому что чаще всего карточками расплачивались, а ко мне подходили исключительно с наличными.

Каримыч, давний друг моего отца, они вместе учились в университете и на соревнования ездили. Так что надёжно и никто не тряс. К тому же я, как музыкальная коробка, почти весь репертуар постоянных клиентов ресторана наизусть знал, если чего-то не было, мог даже сделать развлечение для зала, спеть вместе с ними караоке.

Я мог работать массовиком-затейником. Но мне это не нравилось. Раньше однозначно я был настроен свалить от отца и звездануть на первом же конкурсе талантов.

Но пожар всё расставил на свои места. Потерял мать, и, теряя отца, я слышал его наставления, как слово святого. Реально было именно такое ощущение, что все его слова - закон для меня. Я хотел угодить, хотел, чтобы даже на небесах отец мной гордился. И знал – его сын не стал, как он высказался, прыгающим по сцене болванчиком.

Пойду в ресторан, отработаю долг. Но в долг ещё нужно взять, чтобы порадовать её сегодня.

На ней чулки. Я вот уверен в этом.

У неё белая грудь приятно оформлена корсетом, нежные белые плечи, прятались под курточкой.

Не думать! Отвлекаться!

Крест деревянный на бежевом шнурке, что казался тёмным по сравнению с её фарфоровой кожей.

— Ты без подарка? — я открыл глаза и глянул на Егора, который беспрерывно болтал с моей девочкой.

Никак иначе я не хотел Дану называть. Девчонка, девка, девушка. Нет, она – лялька, малышка, мышонок, девочка. Сидела в автобусе, утопая в своих юбках. Ну, кто же на бальный танец выбирает такое платье?

У меня сил не хватило помочь ей снять кринолин и подъюбник, а Егор не постеснялся. Ему всё равно, не его же девочка, а я всё всерьёз, мне к ней прикасаться вообще нельзя, моментально загорался и казалось на куски разорвёт.

Я так пылал, я так по ней с ума сходил, что мне вот лучше от ревности изнемогать, чем от жажды плоти.

Весь автобус над нами угорал. Егор сидел напротив и тянул пластиковый каркас и юбки на себя. Он касался её ног…

Вот уверен, что в чулках мой Мышонок.

И я исподтишка грозил пацану кулаком и делал рожу страшной.