Голос вождя

— Да чего там рассказывать… — неторопливо начал Матвеич, пластая трофейным складным ножом пожелтевший кус. — Подняли нас по тревоге, приказали горючки залить, двойной боекомплект прихватить — и трогаться. Ночь, помню, а мы по лесу чешем колонной, фарами светим… А утром немцы и налетели… Ничего от ППД нашей части не оставили, все разбомбили! Во, думаем, где бы мы были, кабы не приказ! И пошло дело… Трижды на немецкие колонны нападали, побили фрицев — немерено! Но, ить, и нам тоже досталось — «бэтушки» хоть и проворные, но снаряды все ж быстрей.

Расколотили нас… Подчистую расколотили! От всего нашего полка только мы со Степкой… ну, с сержантом Степаном Гавриловым, башнером, и остались! Оклемались ночью в лесу и решили к своим пробиваться!

— И правильно! — горячо поддержал брата Иван.

— А то ж… Но пока мы там немцам жару давали, фронт отдалился, а мы попали в окружение. Стали выбираться. Поснимали мы с дохлых фрицев, что на них убойного было, и двинулись. Броневик еще немецкий захватили… артиллеристы к нам прибились, комиссар Дубинин да комэск твой Захаров… Вот у него я тогда про тебя и спросил! А он и не знал ничего — сказал только, что видел, как тебя сбили, а мертвым — не видел! Грит, вот сам я на парашюте спасся, так ведь и Ванька так мог! Ну а ты, выходит, все-таки выпрыгнул?

— Да не-е… — смутился Иван.

 — Сглупил — жалко было «ишачка» бросать, вот и решил посадить его. Дурак… Посадить-то посадил, дык ведь обжегся… Да это ерунда…

— Ну-у… — степенно протянул Николай.

 — За это стоит выпить!

Поболтав флягу, он приложился к горлышку, а потом неторопливо передал водку брату. Заели салом, слегка припахивающим чесноком, и разжевали по корочке хлеба.

— Чего дальше было-то? — нетерпеливо спросил Иван, буквально завороженный рассказом старшего брата. — Давай рассказывай!

— Чего там дальше… Ехали себе да и ехали на трофейном броневике, пока бензин не кончился. И тут товарищ комиссар Дубинин предложил у фрицев другую машину «занять». Потому как пешком до линии фронта нам точно не дойти, уж больно быстро она отдалялась.

Вышли мы на дорогу да засаду устроили. Помню, грузовики прошли, мы их пропустили — многовато, со столькими нам не справиться. А потом видим, один грузовик идет, «Мерседес» называется, а за ним легковушка поспешает, «Опель». И мы по ним со всех стволов, ка-а-а-а-ак дали! Кузов причесали из пулемета с автоматом, и «Опелю» по окнам. Окружили, добили, кто шевелился, трупаки в лес, а сами к машинам.